|


Итальянский спиноне - одна из древнейших пород легавых на Апеннинском полуострове, чья история насчитывает не менее пяти столетий. Фреска Андреа Мантеньи (1431-1506) во дворце герцогов Гонзага в Мантуе уже изображает собак, удивительно похожих на современного спиноне.
Название породы происходит от северо-итальянского слова «spinosa» («колючий, щетинистый»), что указывает на его грубую, жёсткую шерсть.

Женщина особенное море
Женщина всегда чуть-чуть как море,
Море в чем-то женщина чуть-чуть
Ходят волны где-нибудь в каморке
спрятанные в худенькую грудь.
Это волны чувств или предчувствий.
Будто то надо бездной роковой,
завитки причёсочки причудной
чайками кричат над головой.
Женщина от пошлых пятен жирных
штормом очищается сама,
и под кожей в беззащитных жилках
закипают с грохотом шторма.
Там, на дне у памяти, сокрыты
столькие обломки – хоть кричи,
а надежды – радужные рыбы —
снова попадают на крючки.
Женщина, как море, так взывает,
но мужчины, словно корабли,
только сверху душу задевают —
глубиной они пренебрегли.
Женщина, как море, небо молит,
если штиль, послать хоть что-нибудь.
Женщина – особенное море,
то, что в море может утонуть.
Евгений Евтушенко

|
Мёртвое озеро (Чейбек-Коль) — пресноводное озеро в Улаганском районе Республики Алтай, расположенное в верховьях реки Чибит на высоте около 1949 метров над уровнем моря. Находится рядом с трассой Акташ — Усть-Улаган (на 12-м километре Улаганского тракта), слева от дороги, примерно в четырёх километрах после Красных ворот.
Несмотря на «мёртвый» статус, озеро привлекает туристов своими живописными видами среди горных склонов.
![]()
|
|
Растение известно очень давно. О нём вспоминают в своих рукописях древние лекари, применявшие шиповник как средство лечения от многих заболеваний. В Германии растёт куст, так называемой розы собачьей (шиповника), размеры которого удивляют, потому что диаметр её ствола приблизительно 50 см, а ветви вытянулись в высоту до 13 метров. Учёные не пришли к единому мнению по поводу возраста куста. Одни считают его прожившим четыре века, а другие – тысячелетие.
|

|
Ирина Розанова... Сима-Гулливер из «Интердевочки», задорная Надя из «Детей понедельника», величественная Екатерина II — за сорок лет в профессии Ирина Розанова сыграла почти две сотни ролей. Глядя на эту неунывающую русскую красавицу, легко подумать, что и жизнь её сложилась как по маслу — легко, празднично, под аплодисменты. Но экранный образ часто оказывается лишь красивой защитной броней. За закрытыми дверями уютной квартиры Ирина Юрьевна — человек совсем другой: ранимый, глубокий, знающий цену молчанию и пронесший через годы немало тихой, затаённой боли.
Ей, кажется, сам бог велел стать артисткой. Мама Ирины, замечательная актриса Зоя Белова, когда-то рискнула: оставила перспективную Москву и поехала в провинциальную Кострому вслед за режиссёром, показавшимся ей похожим на самого Станиславского. В Костроме Зоя Васильевна встретила любовь всей жизни — актёра Юрия Розанова. Их дочка Ирочка, родившаяся жарким летом 1961 года, буквально выросла в театральных гримёрках. Мама выходила на подмостки почти до самого дня родов, поэтому в семье потом шутили: свои первые роли Ира сыграла ещё до рождения.






Золото Васильевского острова: осенний Ленинград на полотне Егоркина
Есть в живописи особое волшебство — останавливать мгновение, сохраняя тепло ушедшей эпохи. Именно таким «застывшим временем» предстает работа Василия Ивановича Егоркина (1936–2008) — «Ленинград. ВО, 18-я линия, дом 47» (1988).