В конце октября – начале ноября, как утверждает Росстат, нас  посетила дефляция. Это означает, что инфляция ушла в минус. Правда, общее снижение цен мало кто заметил, потому что оно проходило в пределах математической погрешности (0,04%). А цены на потребительские товары снизились ещё меньше – всего на 0,01%.  К слову, в августе 2025 общая дефляция была в десять раз выше нынешней – 0,4%. Так что говорить о том, что инфляции прищемили хвост, рано. Да и, по данным того же Росстата, с начала года она выросла на 6,2%.

Малейшие инфляционные колебания, которые исправно фиксирует Росстат, погоды не делают. За очередной отчетный период выросли цены на куриные яйца, мясо и гречневую крупу, фруктово-ягодные консервы для детского питания, мороженую рыбу, свинину, ультрапастеризованное молоко, творог, пшеничную муку, мясные консервы для детского питания, сметану, сливочное и подсолнечное масла, твердые, полутвердые и мягкие сыры и даже на поваренную соль. Список подорожавших товаров довольно большой, но если учесть, что повышение цен на многие продукты не превысило один процент, как уверяет статистика, то ничего страшного вроде бы и не произошло.

На доли процента, по данным Росстата, подорожали обеды в столовых,  кафе и закусочных. Ценовые рекорды побили огурцы (+6,2%) и помидоры (+4,1%). Зато сахар-песок подешевел на 1,1%, а вермишель на 0,1%. Одни медикаменты подорожали на доли процента  (корвалол, нафазолин, левомеколь), другие, наоборот, чуть-чуть подешевели  (нимесулид, валидол и ренгалин, активированный уголь и метамизол натрия, пенталгин и римантадин). В статистические сводки попали также подорожавший проезд в городском транспорте, выросшие цены на автомойку, мужские и женские стрижки.

Разумеется, весь этот ценовой калейдоскоп не отражает реальной стоимости потребительской корзины: у потребителя своя инфляция в зависимости от предпочтений и кошелька. И бизнес стремится на этом заработать.

Очередная сводка Росстата  – лишь ориентир, на который потом ссылаются Центробанк,  министерства и ведомства, принимая соответствующие решения. Но в том-то и дело, что в нашем цифровом мире уловить общую тенденцию не просто.

Инфляция под воздействием цифровых технологий как змея меняет шкуру, приобретает причудливые формы, маскируется под видом услуг.  В Центре макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) обратили вниманиие, что цены в России одновременно снижаются и растут: сезонное удешевление овощей тянет общую статистику вниз, тогда как бензин, продукты, одежда, техника и лекарства продолжают дорожать.  Учёные образно назвали такую разнонаправленную динамику «китайской шкатулкой».

Прыгающие цены наводят Счётную палату РФ на мысль, что инфляция в России в 2027 году может не снизиться до целевых 4%, на которые ориентируется Центробанк. И причины тому лежат на поверхности: ослабление рубля, восстановление импорта, рост потребительского спроса и корректировка тарифов могут помешать замедлению роста цен.

Если инфляция останется высокой, Банк России может дольше сохранять жёсткую денежно-кредитную политику, отмечает Счётная палата в заключении на проект бюджета на предстоящую трёхлетку. Инфляционный напор будет сдерживать деловую активность и инвестиции, а также увеличит расходы бюджета на обслуживание госдолга и индексацию соцвыплат. Для возвращения инфляции к 4%, по мнению аудиторов, необходимы стабильный курс рубля, снижение инфляционных ожиданий и рост предложения товаров и услуг. Если спрос будет расти быстрее производства, а издержки продолжат увеличиваться, достижение цели затянется. С этим, впрочем, Центробанк и не спорит.

Познать причудливую природу роста цен стремится ФАС. Прежде чем дойти до сути и вынести вердикт о ценовом сговоре,  нужно провести целое расследование: подробно изучить природу вещей, от начала  производства товара до потребителя, отследить всю цепочку поставок, выяснить, не превышены ли наценки, ограниченные законом.

Но всевидящему оку антимонопольной службы не всегда  удаётся разобрать, где на самом деле «свинья

История России всегда была богата выдающимися и неординарными личностями. Ни один писатель не сможет выдумать такого, что порой происходило с уроженцами нашей страны. Куда только не забрасывала воля Провидения русских людей, и где только они не оставляли свой след, след русской цивилизации.

Судьба героя этого очерка крайне нестандартна даже на фоне изобиловавшего яркими жизненными историями XIX столетия. В жизни Ивана Турчанинова ничто не предвещало, что он впишет свое имя в военную историю… Северо-Американских Соединенных Штатов. Однако случилось именно так. А начиналось все на Тихом Дону.

…Иван Васильевич Турчанинов родился 24 (по другим данным – 30) декабря 1822 г. в донской станице Константиновской в семье казачьего офицера. (Кстати, часто встречающееся утверждение, что он доводился племянником генералам Отечественной войны Павлу Петровичу и Андрею Петровичу Турчаниновым, не имеет под собой оснований.) В 1832–1835 гг. Иван учился в 1-м кадетском корпусе в Петербурге, после чего окончил Новочеркасскую военную гимназию. Высшее военное образование юноша отправился получать в Михайловское артиллерийское училище, откуда в 1841-м был выпущен в чине хорунжего в 5-ю Донскую артиллерийскую батарею. Три года спустя молодого офицера перевели в Петербург, в лейб-гвардии 6-ю конно-артиллерийскую батарею. Боевым крещением гвардейского подпоручика стала венгерская кампания 1849 г. В 1852 г. Турчанинов закончил с малой серебряной медалью Академию Генерального штаба, после чего получил перевод в Генштаб с назначением квартирмейстером 2-й гвардейской пехотной дивизии. С началом Восточной (Крымской) войны 1853–1856 гг. Турчанинов был направлен в Севастополь командиром 3-й полевой батареи и по итогам боевых действий произведен в полковники. Для 33-летнего офицера это была поистине блестящая карьера.

С 1856 г. Турчанинов нес службу в русской Резервной армии, расквартированной в Польше. Именно оттуда он и отправился с женой Надеждой Дмитриевной за границу – на лечение в Мариенбад… На деле же годовой отпуск обернулся для русского полковника концом старой и началом новой жизни. В Россию он уже не вернулся, избрав для себя другую страну, другую службу и даже другое имя.

Из источника в источник кочуют описания Турчанинова как «революционного публициста», ярого противника самодержавия и чуть ли не лучшего друга Герцена. На самом же деле у нас слишком мало сведений для того, чтобы делать такие смелые выводы. Сохранилось одно-единственное письмо Турчанинова Герцену, и хотя известно, что они встречались в Лондоне, вряд ли эта встреча была судьбоносной. Полковник явно сделал свой выбор сам, при поддержке жены. Как писал Турчанинов, «я не мог оставаться в Европе, частию потому, что моя финансовая часть была скудна для независимой жизни, частию и потому, что мне хотелось приглядеться к единственной существующей в наш век республике и удостовериться на деле и своими глазами в так превозносимой её стоимости». Можно предположить, что в России его возмущало наличие крепостного права, а идеалом свободы и демократии казалась Америка – для европейца тех лет страна в высшей степени экзотическая. Так или иначе, после недолгого пребывания в Лондоне супруги Турчаниновы отправились в США, а в России 27 ноября 1857 г. был издан приказ, предписывавший «за долговременное непребытие из отпуска исключить из службы полковника Турчанинова и предать его военному суду по отыскании».

Поселившись в США, Турчанинов первым делом изменил имя на Джон Бэзил Турчин («Я упростил здесь свою фамилию, не изменяя её сущности и руссицизма; птичий английский рот не в состоянии был произносить моё прежнее имя»), а затем начал пытаться приспособиться к новой действительности.

Она оказалась далеко не такой сладкой, как представлялось, – пытавшиеся заниматься фермерством Турчины быстро прогорели. Бывшему полковнику приходилось рисовать портреты богатых плантаторов-южан, а его жена поступила в медицинский колледж в Филадельфии. Американские реалии скоро разочаровали эмигрантов. Больше всего их возмущало рабство негров, и Турчины начали активно участвовать в «подземной дороге» – так назывались дома белых американцев, в которых укрывались беглые рабы по пути в

Попытку Москвы, Вашингтона и Киева на двухдневных переговорах в Абу-Даби замерить готовность сторон обсуждать гарантии безопасности после ожидаемого в средне- или долгосрочной перспективе завершения конфликта можно считать «зачетной».

На фоне недавнего скандала с главой офиса просроченного президента Украины Кириллом Будановым** за разговор не на «мове» с протестующими возле секретной пыточной тюрьмы под Киевом символично, что члены украинской делегации общались с собеседниками по другую сторону стола на русском языке.

Три нюанса, три составные части триалога

Символика возобновившегося переговорного марафона во многом предопределяет его целесообразность и практическую ценность. Формально сердцевиной трехсторонних дискуссий были пути урегулирования вооруженного конфликта на территории бывшей УССР. Однако, по резонному настоянию Москвы эта проблематика помещена в более широкий контекст с акцентом на изменение «архитектуры безопасности» в масштабах всей Европы. Есть, правда, нюансы.

Первый нюанс сводится к знаковому заявлению главы российской делегации Владимира Мединского: конкретные детали переговорного процесса не обсуждаются до достижения окончательных договоренностей. Такая формулировка, видимо, говорит о том, что по ключевым болевым темам стороны «согласились не соглашаться».

Москва фиксирует неготовность Киева принять российские условия установления не перемирия, а прочного мира. Пакет предложений режима Зеленского строится на идее прекращения ударов по объектам энергетики (впереди непредсказуемая по степени морозности зима), по украинским портам и сухогрузам, которые, как известно, доставляют для ВСУ оружие, боеприпасы и снаряжение.

Второй нюанс. Мединский поблагодарил посланников Белого дома Стива Уиткоффа и зятя президента США Дональда Трампа Джареда Кушнера за их посреднические усилия. Тем самым он продемонстрировал, что в Москве ценят попытки отдельного клана внутри администрации США хотя бы уменьшить свое соучастие в войне против России на украинском ТВД.

Показательно, что в обмене пока не стыкующихся мнений по поводу мониторинга возможного перемирия и мер безопасности после окончания войны приняли участие с российской стороны – начальник Главного управления Генштаба Игорь Костюков и заместитель начальника Главного оперативного управления Генштаба Юрий Жигарловский, с американской – командующий Европейским командованием США генерал Алексус Гринкевич, а с украинской – бывший министр обороны, а ныне руководитель Службы внешней разведки Рустем Умеров.

Третий нюанс. Владимир Мединский, помощник президента Российской Федерации и знаток русской истории, со свойственным ему сочетанием академичности и публицистической полемичности посоветовал лидерам Евросоюза… поучиться у американских посланников в желании достигнуть мира. Следующая фраза похоронила амбиции глобалистов немедленно внедрить европейских русофобов-саботажников в процесс урегулирования (не дословно): европейские страны могут стать участниками мирных переговоров по Украине, «когда у них проснется совесть».

Диверсионная вылазка «партии войны»  

Шнырявшим в кулуарах переговорного зала в Абу-Даби представителям Европейского союза, похоже, было поручено не только выведать заранее о возможном сближении позиций враждующих сторон, но и обозначить свою непримиримость к любому шансу на завершение конфликта. Учитывая, что, по заявлениям «партии войны», Евросоюз готовится воевать с Россией уже в 2030 году, требование Брюсселя некоего перемирия явно задумано с целью подготовиться к повторению «Дранг нах Остен».

В качестве первого шага в ЕС планируют в момент «передышки» ввести контингенты евросоюзовских войск, а вернее, боевые части стран НАТО, на территорию Украины.

Для России неприемлемость дальнейшего продвижения НАТО уже совсем вплотную к ее границам очевидна. Именно эта давняя стратегия