А в жизни ничего не происходит. Придумываются какие-то фразы, сюжеты – но они как пузырьки в минералке – поднимаются на поверхность и лопаются с тихим «шпок». Вот и сегодня один такой был – сейчас мы его «шпок» воспроизведем, губами так по-хитрому сделаем – и будто настоящая история, а не гнусная под нее подделка.
Ехал на совещание. Приехал. Оказалось не туда. Обиделся на весь мир. Забился в истерике. В метро не сработала карточка. Несколько дней тому потерял перчатку (что может быть бессмысленнее одной перчатки, если ты не какой-нибудь чернушный маг?). Устал. Сидел в вагоне, проклиная людей: а вот кабы по ним сейчас – да молнией, да огненным шаром…Сочинял ламентацию: никто меня не любит. Любят во мне три кг отборных мозгов, язык, длинный и острый, руки, которые хоть и плохо, а могут поднять и унести какой-нибудь стол (зачем?! – потому что мужеский пол обязывает периодически носить столы). Ноги любят – они у меня на работу (тш-ш-ш! работу – слышите это слово?) ходят. А вот все это вместе, с главной потерявшейся у Осириса деталью, синестетично – не любят.
Сочинил ламентацию. Прочитал. Стошнился. Вспомнил:

Построили и разорили Трою,
Построили и разорят Париж.
Что нужно человеку – не герою –
На склоне?.. Элегическая тишь.

Понял, что не могу сейчас вынести одного – ответственности. Перед кем, чем бы ни было. Даже перед собой, даже перед гипотетическим эфирным созданием. А все думают, что ответственность – моя вторая натура. Зря. В жизни нужно ставить невозможные цели – приходить хотя бы за пятнадцать минут на места встреч. Где красавицы прошлых лет?
Психовал. Дико и беспричинно. Перечитал сэра Макса – успокаивался. Позвоните мне и наговорите в трубку глупостей – хоть о Фэйбл спросите. Я еще успокоюсь. Спасибо, до свиданья.