Устали.
Знакомые разьехались по дачам. Оставшиеся меня не узнают. :)
В Третьяковке в субботу очень тесно и русского слова не услышишь, пока сама его не скажешь. Оставила запись в книге отзывов на выстаке Тропинина, кому интресно - полистайте. Там вообще много смешного и трогательного.
Автопортрет Брюллова выглядит инородным телом среди пышущей самодовольством материи написанной им раньше...
Оказалось - подзабыла рублевского Спаса, давно не видела. Эмоциональный (не рискую сказать - духовный) удар был сильный, до слез. Подумалось - что должно быть с душой у людей, если они эту "форточку в Рай" переделали в крылечко? Ведь эта икона действует не на мозг, не на сознание... Пробивает насквозь, остолбеняет и приводит в соответствие с действительностью совершенно загадочным механизмом. Поняла, что можно обокрасть саму себя и не заметить и пожалела сначала себя, а потом всех.
Ведь не объяснить, какие-то вещи, их можно только прожить.

В московском метро возмутительно мало пассажиров, но оно непомерно огромное. Моталась по нему в этот раз много и поняла, что отвыкла.
В Успенском соборе Новодевичьего монастыря трогательные розовые бантики, поддерживающие лампады. "Кочетковцы" вели себя очень дисциплинировано, даже во время массового "исхода" в притвор на исповедь. :) Очень много маленьких деток и это просто здорово.
В понедельник папа прогулял ради меня работу, а во вторник мы с мамой съездили на могилки к бабушке и деду. У бабушки растет непуганная земляника, каторая цветет огромными шапками.
Встретилась с горячо любимой подругой, с котрой не виделась около 3х лет. Изменились. Наверное привыкнем, если не "переросли".