Дягилев, Пастернак и Поленов ответили бы: не нужно. Каждый из них сочинял музыку, и ни один не был композитором по профессии.

В дворянской и образованной среде умение играть вовсе не означало, что человек собирается стать музыкантом.
Музицировали дома и в салонах, играли в ансамблях с друзьями, учителя музыки ходили по частным домам.

Консерватории в России появятся во второй половине XIX века, и профессиональное музыкальное образование постепенно получит собственную систему.

Владение «музыкальным» языком можно сравнить с иностранным языком.
Кто-то объяснится в лавке, кто-то читает романы в оригинале, кто-то пишет на нём стихи, а кто-то становится переводчиком.

С музыкой было похоже. Для одних она оставалась домашним умением, для других становилась способом высказаться, а кто-то доходил до собственных сочинений.

🎼 Михаил Клеофас Огинский — государственный деятель и дипломат — в музыканты не собирался.
Учился игре на клавикорде и скрипке, теории музыки, позже советовался с известными европейскими скрипачами. И сочинял всю жизнь, прежде всего полонезы.
Сегодня его имя связывают прежде всего с музыкой, а не с дипломатией.
Михаил Огинский — Полонез «Прощание с Родиной»




🎼 Александр Грибоедов — дипломат, автор «Горя от ума», полиглот.
И при этом прекрасный пианист с композиторским даром. До нас дошли два его фортепианных вальса.
Александр Грибоедов — Вальс ми-минор




🎼 Для Бориса Пастернака музыка едва не стала судьбой.
Под влиянием Скрябина он шесть лет всерьёз занимался композицией и хотел стать композитором.
«Больше всего на свете я любил музыку, больше всех в ней — Скрябина», — вспоминал он потом. Но от музыкального призвания всё же отказался.
Остались две прелюдии и фортепианная соната — их играют и записывают профессиональные пианисты.
Борис Пастернак — Прелюдия ми-бемоль минор




🎼 Василий Поленов — один из самых ярких и разносторонних русских художников, автор «Московского дворика» — писал оперы.
Специального музыкального образования у него не было. Но среди его сочинений — опера «Призраки Эллады», духовная музыка, романсы.
А в конце жизни он признавался, что музыку любил больше живописи.
Василий Поленов — Романс «К морю» (на стихи А.С. Пушкина)




🎼 Сергей Дягилев изменил историю балета и вывел на мировую сцену музыку других.
Но и сам пробовал говорить на этом языке как автор: сохранился его романс «Помнишь ли ты, Мария?».
Сергей Дягилев — Романс «Помнишь ли ты, Мария?»




🎼 Лев Толстой в 1870-е годы мог играть на фортепиано по три-четыре часа в день.
От этой страсти остался его Вальс фа мажор.
Лев Толстой — Вальс фа мажор


✨ Все они занимались музыкой по-разному.

Для Толстого она осталась глубоко личной страстью. Пастернак несколько лет видел в ней призвание. Поленов писал даже оперы. Огинский сочинял всю жизнь.

Но их объединяет среда, где инструмент принадлежал не только профессионалу, а музыка звучала не только со сцены. Ею владели. На ней общались.

И как с любым языком, который стал по-настоящему своим, однажды наступает момент, когда мало понимать чужие слова — хочется сказать свои.