Все в тишине.
Лишь там, где ночь темна,
не ожидая взгляда и ответа,
стучатся ветви в переплет окна,
как ласточки без крова и без света.

И в этот странный одинокий час,
когда дневная буря позабыта,
я посмотрела издали на вас
беспечно, прямо и открыто.

И помахала мысленно рукой,
как будто в путь-дорогу провожая…
Я не всегда умею быть такой,
быть другом, никогда не обижая.

Не каждый может быть самим собой.
И не легко нам удается это.
и часто мы идем своей судьбой,
как путники без крова и без света.
И любят нас, но нам любовь горька.
Любили мы, но нас не замечали.
Любовь должна светить издалека,
светить через пространства и печали.

Ей тесен дом.
В тепле у очага
ей холодно, ей ветрено бывает…
Она тогда близка и дорога,
когда звездой вечерней уплывает.

Когда в ночи, пуглива и нежна,
не ожидая взгляда и ответа,
стучится робко в переплет окна,
как ласточка без крова и без света.

Я шагал с ночной смены
по лесной тропе в гору.
Утро. Аромат сена.
В голове вопрос вздорный:
как же заманить, ёлки,
в вязь тенёт, читай - в койку,
смачную (сказать - тёлку
не смогу) совру только.
Жаворонок пел - будто
вёл своих подруг сверку.
Вверх пошла тропа круто,
а навстречу мне - Верка!
Острые соски Верки
разрывают бязь блузки,
ноги..(белый свет меркнет!)...
На тропе вдвоём узко...
Посмотрела так, бляха -
стал я вмиг столпом соли,
то ль неси башку к плахе,
самого руби то ли.
Из ольхи пичуг пенье -
перепонку рвёт в ухе.
Дай сейчас мильон денег,
не скажу, где взял духу -
за руку схватил девку
и с тропы увёл в кущи -
где у комаров спевка,
где бобры кору лущат.
До крови измял губы -
ночно жаждал их, денно.
Верку подхватил грубо
и под косогор, в сено.
Странно, но отпор силе
я не получил, даже
вдруг услышал: "Ты - милый!
Я теперь - твоя кража..."
***
В полдень голосил ворон.
Сладость источал клевер.
Утром две тропы торных -
повернули вдруг влево...
***
Не было потом даже
встречи ни одной страстной.
Тихо говорю "краже",
коль завижу вдруг:"Здрасьти..."

Мосты и колени разводят плавно...
Луна - осколок прошедшей ночи,
Знаешь, нам было вчера забавно:
Хочешь:скажи мне, чего ты хочешь?

Устрицы:Створки:Едва подсолен
Нежный и пряный - в одно касанье -
Розовый жемчуг...А ты доволен?
Нравится? Тысячу восклицаний

Знает ночной шелестящий шепот,
Бабочкой бьющийся в изголовье:
Пряный, дурманящий, жаркий опыт,
Опыт - оплотом прошедшей крови

Знаю- ты будешь нежнее прочих,
Кто ты? Зачем ты? Куда ты? Где я?
Так расцветает в петлице ночи
Влажная дикая орхидея:

© Мария Хамзина

Новый трамвай едет в старую ночь
Рельсы блестят в свете жёлтых огней
Хромая собака прибилась к бомжу
На свете вдвоём жить куда веселей

Не так одиноко, не так всё равно
И можно вдвоём поскулить на луну
И средь городов, районов домов
Всё ж отыскать подъезд – конуру

Там лечь и прижаться друг к другу теплом
Согреться, уснуть, видеть сладкие сны
На улице ветер холодный, мороз
И так далеко, далеко до весны

И вроде он бомж, а она только зверь
Но души бродячих, бездомных близки
Ни кто не погладит, не пустит за дверь
Ни кто никогда не протянет руки

И только вдвоем до конца до конца
Не бритый и грязный, обрубленный хвост
Я верю, что дружба не только слова
А прочно построенный жизненный мост

[156x202]
............. Благородство.............


«Что Благородство есть?» - вопрос не из простых.
Ответ я долго на него искал в порталах знаний.
Устал терзаться мыслью в домыслах пустых,
Испил до дна я чашу разочарований.

И вот, отчаявшись, я был готов уж отступить,
Хоть не привык терпеть по жизни пораженья!
Свой Эгоизм преодолев, решил забить…
Забить на поиски без права утешенья!

Но, вдруг негаданно-нежданно я прозрел!
Прозрел Душою, Разумом и Телом!
Учитель Кун азарт мой подогрел
И подсказал ответ мне между делом.

…Вот девять правил, что твердит великий ум;
Их соблюдать должны мы непременно.
Наш Разум полон должен быть Великих дум,
И следовать должны мы им по жизни неизменно! Читать далее...

Четыре месяца разлуки,
Четыре месяца тоски,
Четыре раны - так, от скуки,
Письма четыре на куски.

Две пары глаз
Расстались в мае.
Две пары фраз,
"Прощай...", - сгорая.

Четыре капли на щеке,
Одна другую догоняет.
Четыре раны на руке.
На сердце сколько? Кто их знает...

3.о4.2оо5 г.

В колонках играет - ##### "Микромозг"

Почему бы нам не спрятаться
В этом темном переулочке?
Голова моя - стеклянная,
Голова твоя – отсутствует.

Говорим – творится разное,
Замолчим – зима - Снегурочка
Отдается на заклание
Февралю. Мы оба чувствуем,

Что – куда бы мы ни ехали,
Чьи бы песенки ни пели мы,
Что бы с нами было – не было –
Все равно мы будем лишними, -

Эхо боли, приступ смеха ли,
Все закончится метелями,
Отпеванием и склепами.
Далеко нам до Всевышнего,

А ему до нас – все некогда,
Много дел да мало времени.
Да снега метут, да вишенки
Где–то там, за дальней речкою,

Ох, и сладки. Мы и греками
И варягами успели бы
Побывать, да так уж вышло – мы
Ни гу-гу с тобой по-гречески.

Вот и пятимся как раки мы,
Мы б и свистнули – да нечем нам,
Высока гора, но все-таки
Гогот наших не-товарищей

Слышен выше. Не до драки нам,
Унести бы ноги. В Вечность нас
Не возьмут безногих. Кроткие
Как овечки, на не тающем

Гололедно-стылом капище
Мы с тобой друг другу плачемся –
Мол, болит, а выпить не о чем,
Мол, совсем уже не хочется,

А всё колется. Слова еще
Вроде свежие, горячие
у танцующих от печки, но
Голоса вот-вот закончатся.

Ты, любя и ненавязчиво
Ищешь рифму к слову «дурочка»,
Ну а я... почти отчаялась,
Но пока что не повесилась.

Почему бы нам не спрятаться
В этом темном переулочке?
Пусть нас больше не встречают здесь.
Мы допели нашу песенку.

Argentum

Постой! Прочти хотя бы раз!
Не отводи высокомерно глаз,
Над рифмою нехитрою смеясь.
То крик души! Стерпи, мирясь
С банальным сим нравоученьем.
Тут не гордыни глас. Мученье.
Пустыни душ людских стыдясь,
Мне больно видеть эту грязь!

Ты очерствел, нормальные слова
Невыразительны тебе, им смысл, канва
Утрачены тобой и, в разговорной речи,
Ты сквернословишь, свой язык калеча.
Ты разучился мыслить, говорить
Без грязных слов. Не можешь их забыть?
Гордясь невежеством своим,
Еще пытаешься делиться им.

Подумай только, что ты надеваешь?
И даже сам того не замечаешь,
Как цвет одежды властен над тобой.
А черные тона невидимой рукой
Тебя ведут к болезням, неудачам.
Решай! Перед тобой поставлена задача.
Есть люди - плохо чувствуют себя, заболевают,
Коль темную одежду надевают.

Бездарность, монотонность звуков,
Животный ритм не режут слуха,
Однообразьем бешено галдя?
То музыкой зовешь ты зря.
Она разнообразна, многолика,
Безбрежна, многогранна и велика!
Ее ты должен хоть немного знать.
И лишь поняв, тогда уж отвергать.

Со стен глядят надменные глаза,
Бездушность, пошлость, телеса.
Как будто красочны и ярки,
Но, мне поверь, они так марки.
Невинные на первый взгляд,
Ты знал бы, как они смердят!
От них, незримо для тебя,
Ползет безумство, как змея
Холодная, калеча душу!
Не видишь ты? Меня послушай!

Ты смотришь фильм, иль книгу ты читаешь.
Казалось, далеко все это, но вникаешь
Ты всеми фибрами своей души
В ту атмосферу. Пользы не ищи
От этого, где горе, кровь и слёзы.
Ты разве здесь не чувствуешь угрозу?
Все то, что видишь, слушаешь, читаешь,
Ты в свою жизнь незримо призываешь!
В своей судьбе подобного и жди.
Уж сделан шаг! Немного обожди...

Ты всыпал яд в чужой бокал -
Судьба преподнесет его к твоим губам.
Все то, что от тебя исходит,
Все, рано ль, поздно ль, на тебя приходит.
Всё возвращается назад.
Непросто, а усиленным в сто крат!
Так, если к людям ты питаешь злобу,
Высокомерье, ненависть, в угоду
Себе, любимому, живешь,
То все равно к тому ж придешь -
Тебя "любить" все так же будут,
А настоящие друзья забудут.

Чем окружен – таков ты сам.
Внутри, в тебе, весь этот хлам!
Ты болен ненавистью, злостью.
К кому? К чему? К себе иль к “гостю”,
Что в мир твой вторгся, не щадя
Незыблемых твоих устоев.
Судьбы не вытерпев побоев,
Ты вёсла бросил, вниз скользя,
Себя жалея и судьбу кляня.

Не вправе я судить тебя.
Я небезгрешен сам, хотя,
Боясь прослыть глупцом занудным,
Стремлюсь советом поделиться мудрым,
Отдать частику самого себя,
Пусть даже не услышишь ты меня.
Зачем впустую жизнь свою ты тратишь?
Какой ты в этом мире след оставишь?
Детей, забывших вскоре про тебя?
Или друзей, непомнящих себя?

Надеюсь, не закрыта к Свету дверца.
Не верю я, что глухо сердце.
Безумный гнев весь мир затмил?
Коль злодеянье ты свершил,
Пусть разум совесть вдруг пробудит,
А искренность – порукой будет.
Слепая месть не для меня,
Не жажду я, но все так будет,
И, вопреки всему и вся,
Накажет Бог тебя, не я.

.
[241x478]

Меня тошнит от жизни нашей.
Как будто вымазано сажей
Все окружающее нас
И доброго не видит глаз.

Тускнеют лéса, пóля краски.
Стыдливо пряча от огласки
Помойки, свалки. Небеса
Мрачнеют, глядя в те леса.

Чернеет всё - одежды, души.
В трясине пошлости по уши,
Мы злобой, завистью живем
И воровать не устаем!

Любовь - влеченьем заменяем.
Друзей лишь выгодой прельщаем.
Своих родных не признаем.
Здоровье у себя крадем.

Трусливые на самом деле –
Идем по трупам к своей целе.
И думаем лишь о себе,
Пуская пыль в глаза везде.

На горло совести ступая,
О Боге в горе вспоминая,
Мы жаждем денег, славы, но
Какой ценою - все равно.

Мельчают принципы и взгляды.
Все большей требуем награды.
В глазах, в сердцах уж меркнет Свет.
Осмыслить Правду — духа нет!

Октябрь 2000г.

Молчишь?
Молчишь?
Молчишь.
А мне осточертело!
Меня загрызла эта пустота,
Она меня сломала, съела,
Какая ж она сука, эта тишина!
Слова.
Ах, как их не хватает,
Я ничего столь сильно не ждала!
Пусть кто-то о морях мечтает, странах.
А мне нужны твои слова!
Тоска,
Немая эта правда.
Как режет душу немота!
Тоска на нервах - струнах арфы.
А я с ней счёты не свела.
Молчишь?
А я себя терзаю.
В смятенье полном сердце бьётся,
Оно кричит. А я не знаю.
Боюсь, что грудь моя порвётся.
Одна.
Идут часы, и ветер плачет.
Секунда взрывом. Тишь.
Хотелось бы сказать: "Ты мне заплатишь!".
Но я молчу, и ты молчишь.

(Надежда Кузнецова)

Мне верно одиночество и оно не предаст,

Мы остались они на десятки столетий.

Мне верно одиночество, верен взгляд Ваших глаз,

Мне верны многочисленные междометия.

Я верна одиночеству, я Верна пустоте,

 А любовь я, увы, предавать научилась.

Я Верна одиночеству. Мы стоим на краю.

Помни- я за тебя молилась.

Звук шагов куда-то вдаль.
Слышишь?
Ты сказал, тебе не жаль.
Видишь,
Ухожу в последний раз.
Слёзы.
В небе плачут из-за нас
Грозы.
Мне дышать теперь одной
Страшно.
Мне последний миг с тобой
Важен.
Взгляд, в туман закутанный,
Серый.
Ты такой запутанный,
Первый!

28.о3.2оо5 г.

В колонках играет - Психея "Нет"

[281x398]
Где ты ангел мой печальный?
За спиною два крыла
Снова ищешь оправданье,
что проснулся с похмела
Брось, давным-давно понятно
всем на свете не поможешь
Ну, скажи, ну как ты сможешь
объяснить довольно внятно
Что нельзя любить за правду,
а за ложь лишь ненавидеть
Так ведь можно всех обидеть,
выйдет очень не приятно…
Ты скажи, во что мне верить,
и от куда ждать прилива
Или лучше выпить пива
или жизнь свою отмерить?
Чтоб не ждать судьбы рисковой
не печалиться, не злиться
Да, придется вновь напиться,
как и ты, мой ангел – клёвый

А раньше было по приколу жить.
Я в будущее шел не зная страха.
Куда ж души вдруг подевалась прыть?
А может чашки чайные разбить?
В жестянке воду вскипятить, насыпать сахар.
Эх, нам бы снова жизнь начать любить
Как меломаны любят слушать Баха.
Открыть нам нужно окна, чтобы снег
Кружился в комнате и лампочек сиянье
Сорвало сердце бы тогда в олений бег
И может быть, вернувшись к мирозданью
Очнулись снова мы у северной реки,
Костер трещит, тушенка в котелке
Гул комаров, танцуют поплавки
И нет камней в душе и звезды высоки,
И чай с багульником, а сердце налегке.

Думала о глобальном...и написала что-то..)
И солнце светит над нами,
И мышь не видать на свету,
Ах, хочется жить вместе с вами,
И с вами ждать счастья на дню!

Вам так тяжело и легко,
Вы дарите чудо безликому миру,
Вы там, где реками льется вино,
Вы дарите людям небесную силу.

Ах, боги прекрасны вы очень,
Не разочаруйте, пожалуйста, нас,
Жду Вас, и верю Вам впрочем,
Что спуститесь к нам хоть бы на раз!
30 января 06г

московская сага чужих перемен,

зеленое небо над головой,

усталые циклы выпуклых вен

мешают тебе смешаться с толпой...

оставлено в прошлом некое море

лифтером гостинниц, плюнувших в высь...

расскажешь в тумане забытых историй,

ведь ты по-чуть-чуть превращаешься в рысь...

Услышь меня в больных изломах ночи.
Через мосты, кварталы и огни.
Приди по тайным сумеречным тропам,
И ужасы из сердца изгони.

Возьми в ладони разум воспаленный,
И усмири неугомонный дух.
И я усну, тобой благословленный,
В покое, ибо адский огнь потух.

Молитвой древней сон мой охраняя,
Ночною тенью надо мной склонись.
И лунные потоки отражая,
В видения немедля воротись.

А там прольюсь в тебя живой водою,
И ототру слезу с усталых глаз.
И схороню тебя, и успокою,
От тех, кто в мире растревожил нас.

(с)

без боли жить.
и без потерь.
без трат и слёз
эмоций без и мыслей.
без страха, радости и грёз.
без скуки, злобы ненавистной.
без счастья, без страдания.
друзей, врагов, без всех вокруг.
без права, воли, понимания.
без чувств, желанья, сил и мук.
и без тебя и без него.
и без неё и них жить тоже.
без братьев старших жить легко.
без меньших братьев тоже можно.

и не сидеть. и не читать.
не думать. здесь не размышлять.
не видеть смысла. не искать.
не верить в то, что всё возможно.
не верить в силу мыслей мелких.
бояться верить в чудеса.
бояться встреч, находок и доверия.
бояться открывать глаза.
на свет глядеть бояться сильно.
и не смотреть на новый путь легко.
и делать первый шаг насильно.
но всё равно шагать не далеко.

лишь слепо жить марионеткой
в древесном корпусе вранья.
быть куклой жизни за прозрачной лески клеткой.
существовать обманом завтрашнего дня...

...запомнить надо крепко, что делать так нельзя.

3:43 22.01.06г.

Урчит мотор, на стеклах корка льда
- Сейчас вернусь, сказал отец и вышел
Нет времени, он норовит всегда
Везде успеть, забот ведь выше крыши.
Вот кто то дернул папку за рукав,
И скрылись оба в темноте подъезда.
А сын уселся ноженьки поджав
Не будет слез, не из того он теста.
Он подождет, ведь папа так сказал.
Не знал он, что закрутится отец
Четыре года, уж не так и мал
Отец вернется, скажет: - Молодец.
…
Ну вот и он, запыхался, бежит
Дрожит рука, вставляя ключ в замок
Вот дверь открыл, парнишку тормошит:
- Ты что, уснул, а ну проснись сынок…
Замерзшие слезинки по щекам
В застывшем взгляде: - Папа, я терпел,
Потом кричал: - Отец мой, где ты там?
И слез, прости, сдержать я не сумел.
- Скажи отец, куда ты уходил?
Здесь так тепло и греет даже свет
…
А кто то позже по ноль два звонил:
- Повесился мужчина средних лет.