Колокольный звон — генератор энергии.
Он излучает большое количество резонансных ультразвуковых волн, проникающих во внутреннюю структуру организма человека, очищающих энергетические каналы, улучшающих формулу крови и работу сосудов.
В результате у людей вырабатывается гормон, укрепляющий иммунную систему.
Вибрация, которую рождает колокол, очищает окружающее пространство от болезнетворных микробов.
Молекулярные структуры вирусов гриппа, чумы, скарлатины, кори, тифа, холеры сворачиваются и превращаются в кристаллики.
Происходит настоящая стерилизация воздуха.
Славянка
Мы ищем энергию где угодно. В дорогих суперфудах, экзотических чаях, новомодных биодобавках.
Мы готовы платить огромные деньги за «источники жизненных сил», забывая, что самый мощный, самый чистый и самый доступный из них — бесплатный, безграничный и всегда с нами.
Это воздух. И то, как мы им дышим.
Наши предки, древние славяне, знали эту тайну.
Часть первая. Тайного нет — есть забытое
Слово «тайно» может ввести в заблуждение. Боги не прячутся.
Они не плетут заговоров. Они не манипулируют людьми из тени.
Всё, что они делают, — всегда открыто, всегда здесь, всегда сейчас.
Просто мы разучились это замечать. Нас научили смотреть в другую сторону.
Обряд Радоницы — мистический круг жизни, где прошлое встречается с настоящим на Красной горке.
Кресение душ: как славяне соединяли миры весной.
На границе ночи и дня, когда первые лучи солнца озаряют берёзовую рощу, пробуждается древняя память рода.
В этот час души предков, как тени в тумане, собираются у родного порога, чтобы вновь коснуться земли своих потомков и напитать их силой весны.
О том, как знание приходит из безмолвия, почему книги — лишь мост, и кто мы на самом деле
Часть первая. Ночь закончилась. Утро наступило
Ночь Сварога была долгой.
Время, когда знание заменили писаниями. Когда живую связь подменили книгами. Когда истину объявили тем, что написано в текстах, а не тем, что чувствуется сердцем.
Вечером знания пытаются записывать, чтобы не потерять, пишут веды,
Тело как Сакральный Посох: Ваш Интерфейс для Творения в 3D-Матрице Земли
“ С первого вдоха в этом воплощении мы получаем дар – наше физическое тело.
Но взгляните глубже за завесу привычного: это не просто биологический скафандр для души.
Это ваш личный, сакральный Посох Творения, уникальный интерфейс, данный вам для навигации и созидания в грандиозном трехмерном редакторе реальности, который мы называем планетой Земля.
Представьте Землю как невероятно сложную, интерактивную голограмму или божественный 3D-редактор, где Сознание (ваше истинное Я) познает себя через опыт.
В этом "редакторе" ваше тело – это не просто аватар, это многофункциональный посох, подобный тому, что держал Моисей, но неизмеримо более сложный и персональный.
Это цитата сообщения Бабушка-ладушка Оригинальное сообщение
Десерт на муке и воде. Никто не поверит, что домашние пряники не куплены в кондитерской
|
Постные пряники невероятно просты в приготовлении, результат же гарантировано превзойдет все ваши ожидания. Делаются они без яиц и молока, на самой обычной воде, но получаются ароматными, нежными и очень вкусными.
Ингредиенты:
|
my_lulu_cat_
Арабский ювелир (копия Чарльза Спарка Пирса, 1882)
художник Хрусталёва Наталья, 2026
холст / масло; 60х50
Копия произведения другого автора
В наличии 1 экз
Биография автора произведения:
Чарльз Спарк Пирс (1851, Бостон – 1914, Овер-сюр-Уаз, Франция) – американский художник.
В древней Греции венки вручались победителям спортивных и художественных соревнований в качестве призов. Эти венки часто были изготовлены из веток лавры, муртвы, дуба и олива. В древней Греции эти деревья символизировали различные концепции, такие как мудрость, триумф, плодородие, мир и добродетель.
Золотые венки были предназначены для имитации их естественных аналогов. Однако из-за своей хрупкой природы они носились только в очень особенные случаи. Многие золотые венки были посвящены в качестве храмовых подарков и служили как похоронные предметы для королевской и богатой элиты. Большинство золотых венков датируются периодом хелленистического времени, после завоевания Александром Великим, хотя они были известны как существовавшие уже в эпоху классического искусства. Они демонстрируют исключительное мастерство ювелиров в Древней Греции.
Греческий золотой оливковый венок (6-4 веков до н.э.), красиво воплощает сложную работу и классически изысканную форму золотого ювелирного искусства, из Афин, Греции.
Музей искусств Даллас, США
- Когда Пушкин пишет, что дядя Евгения Онегина "в окно смотрел и мух давил", то имеется в виду не расправа над насекомыми, а потребление алкоголя.
- Мухой называют рюмку на 16 мл — отсюда и выражение "ходить под мухой".
Эта птичка размером с воробья выглядит так, словно сбежала с рождественской открытки. Пушистая, с симпатичной чёрной «маской» на глазах. Она красиво поёт и порхает над кустами. Но если вы заглянете в её владения, вы решите, что здесь живёт маньяк.
Сорокопут — певчая птица, которая является безжалостным хищником. У него есть клюв мясоеда, но нет мощных лап с когтями, как у орлов или соколов, чтобы удерживать вырывающуюся добычу. Эволюция нашла для него жуткий, но гениальный выход. Сорокопут использует окружающую среду как свои когти.
Поймав мышь, ящерицу, крупное насекомое или даже другую мелкую птицу, сорокопут тащит её к ближайшему терновому кусту или забору из колючей проволоки. А затем — с силой насаживает живую жертву на острый шип. Шип пробивает тело насквозь, намертво фиксируя добычу.
Часто жертва остаётся живой ещё какое-то время, беспомощно дёргаясь на шипе, пока птица методично отрывает от неё кусочки плоти. Сорокопуты создают целые «кладовые» — десятки развешанных по кустам трупов, которые сушатся на солнце про запас.
Но самое жуткое — это не просто способ питания. Это способ привлечь самку. Чем больше трупов грызунов и рептилий насажено на колючки в саду у самца, тем более привлекательным и обеспеченным женихом он считается в глазах самок.
Когда вы в следующий раз увидите мышь, висящую на ветке колючей акации — знайте, это не чья-то больная шутка. Это кладовая 50-граммового пернатого палача, который готовится к свиданию.
У Екатерины II была такая личная жизнь, о которой до сих пор говорят охотнее, чем о многих её реформах. И это неудивительно: вокруг императрицы всегда было много слухов, фаворитов, придворных историй и почти театральной роскоши. Но если убрать пошлые легенды и пересказы в духе «у неё были сотни любовников», картина становится гораздо интереснее. Рядом с Екатериной появлялись не просто красивые мужчины, а люди, через которых хорошо видно устройство двора и самой власти XVIII века.
Самый важный мужчина в её жизни — Григорий Орлов. Он был рядом с Екатериной ещё до её прихода к власти и сыграл большую роль в перевороте 1762 года, после которого она стала императрицей. Орлов был не просто фаворитом при троне. Он оказался частью того круга, который помог Екатерине взять власть. Их связь была долгой и серьёзной, от неё родился сын Алексей Бобринский. Но со временем Орлов потерял прежнее влияние. Екатерина не была человеком, который позволял личной привязанности навсегда определять политику.
Самая яркая и, пожалуй, самая глубокая история связана с Григорием Потёмкиным. Его часто называют главным фаворитом Екатерины, но это слишком узкое слово. Потёмкин был для неё не только любовником, но и политическим партнёром огромного масштаба. С ним связаны освоение юга, присоединение Крыма, развитие Новороссии, создание Черноморского флота. Их отношения были бурными, сложными, полными ссор, нежности, ревности и взаимной зависимости. Даже когда личная связь уже изменилась, Потёмкин не исчез. Он остался одним из главных людей её царствования.
После Потёмкина фаворитизм при дворе Екатерины стал почти отдельным институтом. Новые молодые люди появлялись рядом с императрицей, получали чины, деньги, земли, влияние. Но важно понимать: это не всегда означало реальную политическую власть. Одни фавориты были просто красивыми и приятными спутниками. Другие пытались играть в большую политику. А некоторые очень быстро исчезали, когда Екатерина теряла к ним интерес.
Среди известных фаворитов был Александр Ланской. Его обычно вспоминают как одного из тех, к кому Екатерина была искренне привязана. Он не прославился крупными государственными делами, зато его ранняя смерть сильно потрясла императрицу. В этой истории хорошо видно, что за придворной системой фаворитизма иногда стояли не только расчёт и привычка к власти, но и настоящая личная привязанность.
Другой заметный фаворит — Платон Зубов. Он появился рядом с Екатериной уже в последние годы её жизни и быстро получил огромное влияние. При дворе это вызывало раздражение: слишком молодой, слишком быстро возвысившийся, слишком заметный. Зубов стал символом позднего екатерининского двора, где роскошь, личные связи и придворные интриги всё сильнее бросались в глаза.
Вообще фавориты Екатерины II — это не просто история о романах императрицы. Это часть политической культуры XVIII века. Монарх тогда был центром всего: чинов, богатства, карьеры, славы. Быть рядом с Екатериной означало получить шанс на стремительный взлёт. Но такой взлёт всегда зависел от её воли. Сегодня фаворит мог быть почти всемогущим, завтра — отправиться в тень с подаренными имениями и титулами.
При этом сама Екатерина не была беспомощной женщиной, которой управляли мужчины. Наоборот, она чаще сама управляла этой системой. Она могла увлекаться, могла щедро награждать, могла быть сентиментальной, но верховная власть оставалась у неё. Даже самые сильные фавориты, включая Орлова и Потёмкина, существовали рядом с её троном, а не вместо