"Прекрасное почти всегда печально... В нём всегда есть надлом, тайна и предчувствие увядания".

— Шарль Бодлер

Конец XIX века. Париж. Монмартр — кипящий котёл мировой богемы, где в чаду абсента и дыме сигарет рождаются новые направления искусства. В своей мастерской молодой скульптор берет в руки влажную глину. Из-под его пальцев вырисовывается нежный овал лица: миндалевидные глаза, опущенные веки, чувственные, но плотно сжатые губы и легкая, едва уловимая тень застывшей грусти.

Этого мастера зовут Эммануэль Вилланис (Emmanuel Villanis, 1858–1914).

Ему было суждено стать главным скульптором эпохи Belle Époque ("Прекрасной эпохи") и подарить миру уникальный тип женской красоты — загадочной, недоступной, трагической и бесконечно прекрасной.

Каждый год примерно в двадцатых числах августа с осами происходит одно и то же. Оса становится наглой. Она лезет в стакан с компотом, садится на край тарелки, пикирует на арбуз. А если её попытаться согнать, то она вернётся и будет ещё долго портить отдых! На самом деле осе просто реально нечего делать, она хочет жахнуть вкусного и спокойно отойти в мир иной.

Оса не звереет. У осы в конце лета рушится общество, в котором она прожила всю свою короткую жизнь, и она остаётся безработной, голодной и никому не нужной. То, что мы принимаем за агрессию, — это банальная старческая скука!

Взрослая оса — хищник. Она ловит мух, гусениц, тлю, обгрызает падаль, разделывает добычу мощными челюстями и уносит её в гнездо. Логично предположить, что она этим и питается. Так вот, нет. Взрослая оса физически не может есть мясо, которое добывает. У неё та самая осиная талия — перетяжка между грудью и брюшком настолько узкая, что через неё проходит только жидкость. Всё, что оса убивает и приносит домой, предназначено не ей. Это детское питание.

Оса пережёвывает добычу в кашицу и скармливает её личинкам, которые сидят в бумажных ячейках гнезда. И вот тут происходит обмен, ради которого вся эта конструкция и существует: личинка в ответ на кормление выделяет капельку сладкой жидкости, богатой сахарами и аминокислотами, а рабочая оса эту каплю слизывает. Это её зарплата. Она отработала смену, принесла ребёнку еду и получила глоток сиропа.

Давайте выпьем, девочки, вина
За молодость, за то как прежде жили,
Мы, видит Бог, всё это заслужили,
Давайте выпьем, девочки, до дна.

Налей нам бармен сладкого вина,
А горькое давно уже допили.
Мы фронтовые граммы разделили
Со всеми, жизнь кто сохранил сполна.

Давайте выпьем, девочки, за вас,
За фронтовые ваши медсанбаты!
Вы были медицинские солдаты,
И за Афган, Кавказ и за Донбасс!

Аминора

Torno subito - fune con mollette 

https://disk.yandex.ru/i/-dWNIVqjqZ7ALg

Schema nello stesso stile: Fune mollette, Love 

 https://www.liveinternet.ru/users/nata007/post507968024/

Aperto: https://www.liveinternet.ru/users/nata007/post516422031/

[546x700]

1.

1.

1.

1.