Эмпатия в бизнесе или Забытый урок Огилви
RGrey
:
01-08-2026 12:57
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Эмпатия в бизнесе — почему этому не учат? Книжные магазины полны изданий популярных психологов, повсюду тренинги и курсы, соцсети пестрят от мудрых высказываний и рекомендаций, однако даже крупнейшие компании допускают совершенно нелепые ошибки, теряя клиентов и деньги по банальной причине — у них нет эмпатии.
Приведу три примера из собственного опыта.
Дом.ру: деньги вместо сервиса
В начале лета у меня отключился интернет. Сначала работал плохо, после исчез совсем — вайфай не работает, Кинописк в прострации. Пишу в службу поддержки Дом.ру, клиентом которой я был не первый год. Ответ: мастер придет и разберется — через 6 дней. «Неделю без интернета? У меня дома два второклассника и вы предлагаете им провести неделю без мультиков в разгар летних каникул?!» Увы, иных вариантов мне не предложили.
Вспоминаю, что товарищ-компьютерщик давно советовал интернет от МТС — мол, быстрее и стабильнее. Я сказал, что подумаю, но ничего не предпринимал — это же надо искать, читать, сравнивать, звонить — а стимула не было. Служба поддержки Дом.ру предоставила мне стимул обратиться к их конкурентам.
Пара минут поиска привела на сайт МТС, где выяснилось, что как раз сейчас действует акция и я могу подключиться на уникальных условиях — платить по 1000 руб. в месяц и за это получать не только интернет и кабельное телевидение, но и сотовую связь. Дом.ру я платил по 1500 руб. (цифры примерные), получая за это лишь интернет и ТВ, и меня это вполне устраивало. Но их служба поддержки подтолкнула меня к поиску альтернатив, а они оказались заманчивыми. «Мастер придет послезавтра» — лучший аргумент в моей ситуации.
Переход на телевидение и интернет от МТС прошел быстро и просто. Мастер рассказал, что сам раньше работал в Дом.ру, но ушел, как и большинство его товарищей, а потому на огромном участке осталась буквально пара мастеров — отсюда и сроки.
Сложнее оказалось закрыть контракт. Служба удержания клиентов Дом.ру (назовем ее так) выложилась по полной. Закрыть контракт через чат не получилось — «с вами свяжутся из службы поддержки». Полчаса милая девушка держала меня на проводе, убеждая сохранить отношения и предлагая всевозможные уступки. Дополнительные услуги, льготный период, скидки. Я пытался объяснить, что всё это мне не нужно и я ухожу не поэтому, что мне просто нужен качественный интернет и телевидение, причем сейчас — всё было бесполезно.
«Мне не нужны скидки, деньги у меня есть. Мне нужен интернет!» Мне казалось, что я выражался предельно четко и вот сейчас наступит момент, когда я услышу в ответ: «Простите, это был сбой в службе сервиса, всё уже решено, мастер придёт к вам завтра». Но нет.
В ответ мне предложили «максимальную скиду» в 15%. Тот факт, что даже с этой скидкой их тариф остается выше, девушку не смущал — в сценарии не было заложено размышлений. Винить в этом милое создание не имело смысла — она просто отрабатывала сценарий, которому ее учили и за который ее бизнес-тренеры получили свои гонорары. Все они окончили МВА, прошли бездну курсов и тренингов, каждый день слушают коучей и читают гайды. И при этом за большие деньги учат как терять клиентов из-за банальной ошибки — отсутствия эмпатии.
Казалось бы, что может быть проще — всегда держать в резерве 10% заявок, чтобы предлагать их клиентам на грани расторжения контракта — как экстренный способ удержания. Неиспользованные можно скидывать в конце рабочего дня, просто передав в службу поддержки, где их используют для удовлетворения текущих заявок. Но для этого нужно было посмотреть на ситуацию глазами клиента, попытаться представить, что нужно ему в данный момент — деньги, услуга или что-то еще. В сценарии должна была быть развилка — после
Записки отпускника или Лето на Донбассе (XIII)
RGrey
:
26-12-2023 07:56
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Домой!
Дорога домой была долгой. Машиной до Ростова-на-Дону, поездом до Сочи и, наконец, самолетом в Тюмень. Кажется, на юге России события, происходящие по соседству, уже стали частью привычной жизни. Люди в форме, плакаты и наклейки, футболки с военной символикой — мирная жизнь продолжается, хотя мира давно уже нет.
В последний момент вспоминаю, что в Адлере живет двоюродный брат, которого я не видел уже 30 лет — целая жизнь прошла с тех пор. Знаю лишь, что за это время он успел сменить несколько городов, повоевать с исламистами в горах Чечни и в итоге осел у моря. Получив сообщение, Эдик примчался на вокзал: «Братишка, сколько лет!»
За домашним обедом обмениваемся новостями. «Осенью три месяца на СВО отслужил», — сообщает Эдик. И это после ранений Чеченской кампании, отметив полувековой юбилей? «А что делать? Я посмотрел — там же молодые пацаны, необстрелянные. А я разведчик, знаю что такое война...» Записался в БАРС и, разумеется, попал на передовую — до окопов ВСУ было сто метров. Обстрелы, беспилотники, снова обстрелы — солдатские рассказы в целом похожи.
«Я бы еще остался, да здоровье подвело — спинная грыжа у меня, а тут бронежилет, каска, оружие, в общей сложности 27 кг на мне висело. Прыгнул однажды в траншею во время боя — и спина отключилась. Сказал только: «Парни, вы бегите, я догоню». Потом меня в госпиталь отправили, а после комиссовали домой». Вот мы и встретились тридцать лет спустя — благодаря СВО. Не всегда нам дано выбирать поводы для встреч.
Самолет приземлился в Рощино утром. Яркое солнце, жара — все совсем как там, «за ленточкой». Только не слышно выстрелов, никто не смотрит на небо в поисках беспилотников, а люди в хаки — по большей части рыбаки или охранники. Мы с Юлей едем по домам, двухнедельная эпопея для нас завершена.
Позднее я узнаю, что за это время Алексей сумел организовать в неторопливых автомастерских Мелитополя ремонт пикапа, а Костя с Димой перегнали из Шахт еще пару автомобилей. Для них этот выезд завершится лишь две недели спустя, и все это время будут переезды, погрузки, встречи, поломки, ремонт, блок-посты и вечная пыль степных дорог. Я могу лишь догадываться о том, в каком состоянии они вернулись домой, после месяца скитаний, в которые они отправились по собственной воле и за свой счет. Я же честно написал на своей страничке в соцсети: «Отпуск я провел хорошо...».
Записки отпускника или Лето на Донбассе (XII)
RGrey
:
25-12-2023 09:06
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Обед от пулеметчика
Несмотря на неудачу в организации ремонта, после обеда выдвигаемся в путь. Мы с Алексеем направляемся на пикапе в сторону Донецка. Может, все же доедет? На ближайшей заправке он просит посмотреть со стороны как ведет себя колесо. Вместе с заправщиком подтверждаем, что колесо явно желает распрощаться с осью и ведет себя предельно свободно. Делать нечего, возвращаемся. Медленно ползем вдоль живописных полей, мимо памятника жертвам Холокоста и милых автобусных остановок советских времен, украшенных мозаикой.
В итоге Алексей остается в Мелитополе, чтобы любой ценой восстановить машину, а мы с ребятами загружаемся во второй джип и двигаем в сторону Донецка. Проезжаем Токмак — чистый уютный городок, где стоят подразделения с Северного Кавказа.
Последний визит — в отряд ОМОНа, расквартированный в одном из сел.
Ребята устроились весьма неплохо, по крайней мере, в бытовом отношении. Во время импровизированной трапезы под открытым небом к столу приближается здоровяк в камуфляже и сурово спрашивает: «Вкусно?» Дружно киваем и он расплывается в довольной улыбке: «Я готовил!» Так мы познакомились с пулеметчиком.
Привычный обмен новостями и воспоминаниями, вручение подарков от земляков, фото на память — и снова в путь.
Поля дракона
Блок-посты, перекопанные дороги, снова блок-посты. Время от времени в полях появляются «зубы дракона» — бетонные конусы, вереницы которых тянутся на километры, прикрытые двухметровыми противотанковыми рвами и, вероятно, сюрпризами, таящимися под землей.
На прощание фотографируемся у стелы, обозначающей границу Донецкой области. Надпись выполнена на русском, рядом с гербом расположена красочная вышиванка — красивое сочетание. В двух шагах от стелы свалены знакомые конусы — то ли лишние, то ли запас для нового строительства.
Вечером мы с Юлей выдвигаемся домой — наши отпуска закончились, за выходные нужно добраться до Тюмени. В последний момент она просит заехать на Аллею ангелов — пожалуй, самое скорбное место в столице Донбасса.
На аллее пусто, у скромного памятника только мы и игрушки — плюшевые мишки и другие куклы, которыми уже никогда не смогут поиграть погибшие дети, жертвы многолетних обстрелов ВСУ.
Игрушек много, они полностью покрывают нижнюю часть монумента с лаконичной надписью на черном камне: «Памяти погибших детей Донбасса» и перечнем имен. Когда этот список маленьких мучеников перестанет расти?
Записки отпускника или Лето на Донбассе (XI)
RGrey
:
24-12-2023 08:29
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Где находится нофелет?
Следующий день проходит в поисках запчастей и автосервиса. Пока ребята решают оргвопросы, отправляюсь на изучение Мелитополя, благо, исторический центр рядом.
Солнечный южный город без малейших признаков войны — ни разрушений, ни людей в форме или военных машин на улицах, не слышно даже канонады, что после Донецка кажется удивительным.
Люди неспешно прогуливаются, на многочисленных базарах кипит торговля, цветы на клумбах, чистые тротуары.
Непривычно много лишь рекламных щитов с патриотической агитацией — на некоторых улицах они тянутся рядами вдоль дороги, напоминая местным жителям о подвигах героев Великой Отечественной, новых госпрограммах и мыслях президента.
Людей однако интересуют более прозаичные вопросы и здесь с ответами гораздо сложнее.
Предоставление базовых госуслуг, по-видимому, налаживается — возле отделения центра «Мои документы» толпится народ.
В бывшем торговом центре открылся центр помощи «Единой России».
А вот с бытовыми вопросами сложнее.
На двери салона сотовой связи «Нофелет+» (кто еще помнит этот фильм с Панкратовым-Чёрным?) надпись в духе Ильфа и Петрова.
«Пополнения нет. Новых симок (+7) нет. Самых новых симок (+7) нет. СОВСЕМ НЕТ. Где взять, не знаем. Когда заработает КИЕВСТАР, тоже (☺ хорошего дня). Спросить, где взять симку — 50 грн. 100 руб.».
Панкратов-Чёрный оценил бы — благо теперь у актера, внесенного в санкционные списки за «поддержку российской агрессии», есть возможность посетить эти края.
Туристам здесь не место
В Мелитополе отмечаю интересную деталь
Записки отпускника или Лето на Донбассе (X)
RGrey
:
23-12-2023 18:49
Ограды некоторых домов выкрашены в цвета российского флага — видимо, в качестве опознавательного знака «свои». Хотя вряд ли большинству этих селян есть дело до политики и вообще всего, что происходит за пределами их деревни.
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Форс-мажор
Поначалу все шло отлично. На блок-посту ребята встретили друзей, с которыми общались и служили ранее. Делаем снимки на память на фоне блоков, перекрывающих дорогу. Перед каждым лежит по шесть противотанковых мин. «Они не активированы», автоматически отмечает Дима.
Жара, за окном мелькают деревеньки, похожие одна на другую — деревянные домики, шиферные крыши. Видно, что люди живут небогато, но и откровенной нищеты не встретишь. На улицах зачастую пасутся гуси, бредут куда-то флегматичные коровы.
Ограды некоторых домов выкрашены в цвета российского флага — видимо, в качестве опознавательного знака «свои». Хотя вряд ли большинству этих селян есть дело до политики и вообще всего, что происходит за пределами их деревни.
Выгружаемся в одном из сел — ребята быстро принимают груз, особенно радуясь техсредствам. «Продукты прислали? Ну, это мы местным отдадим, у нас все есть». Следующая точка — Энергодар, но доехать до него суждено было не всем. На живописном шоссе, откуда открывался роскошный вид на закат и поля за железнодорожной насыпью, Костя услышал стук в районе переднего колеса. Беглый осмотр подтвердил худшие опасения — подшипник разбит и до Энергодара наша машина точно не доедет.
Быстро перегружаем все на второй автомобиль и ребята двигаются в путь. А мы разворачиваемся и на минимальной скорости стартуем в сторону Мелитополя.
Зеленый луч
Красное солнце садится за горизонтом, смеркается. Мы уже не боимся вражеских беспилотников в небе, которые здесь не редкость. Главная угроза на ночной дороге — это собственные блок-посты, где постовые напряженно всматриваются в темноту, зная, что оттуда может прийти опасность.
Вдали вспыхивает яркий свет фонаря. «Блок-пост. За километр нас заметили! — отмечает Костя, но тут же его улыбка исчезает с его лица. — Черт, зеленый луч. Это же коллиматорный прицел! Могут стрельнуть… броник что ли надеть...» Советую включить аварийку. Это часть неформального ритуала, принятого по всему Донбассу: нужно два раза мигнуть фарами, после выключить их, включить аварийку и лишь после медленно заезжать на блок-пост. Продолжаем путь в темноте, освещаемой лишь аварийными огнями. По счастью, все проходит гладко — солдат подходит к машине, задает несколько вопросов и мы едем дальше. Костя заметно успокаивается: «А вы заметили, что он, когда подошел, автомат с предохранителя снял?»
Так проходит несколько часов. Стук в колесе то усиливается, то почти исчезает, дороги практически пусты. Глубокой ночью вползаем в Мелитополь. «Вообще-то здесь комендантский час, но не в поле же ночевать...», — рассуждает Костя.
Минуту спустя нам перегораживает путь военный автомобиль и люди в форме с автоматами на изготовку — ночной блок-пост. «Ваши документы. Документы на машину. Что
Записки отпускника или Лето на Донбассе (IX)
RGrey
:
07-12-2023 08:55
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Святые угодники
В семь утра ребята один за другим выбираются из блиндажа. «Слышал, что ночью было?» Честно отвечаю, что спал как убитый и тут понимаю, что эта фигура речи могла обрести реальность. «По нашему лагерю три прилета было в пять утра! Грохот такой, что все подскочили!» Что тут сказать? Если я за несколько дней так привык к канонаде, что перестал ее замечать, то что говорить жителях Донбасса, живущих под обстрелами уже девятый год?
К этому времени Алексей передает доставленный груз бойцам и созванивается с другим отрядом — пора в путь. Мы должны встретиться у разрушенного торгового центра «Амстор», возле ресторана «Шале». Выезжаем из леса и несколько раз проезжаем Кременную во всех направлениях — здесь нет ничего подобного, а местные жители лишь разводят руками, оба названия они слышат впервые.
Возле СТО на окраине замечаю священника в черном облачении, сидящего в автомобиле. Здороваюсь, он дружелюбно откликается и я завязываю разговор. Так выясняется, что передо мной отец Савва из деревни Червонопоповка, что расположена в аккурат между лесом и передовой. «Служил там сколько мог, но после четвертого осколочного ранения решил все же перебраться в город, — поясняет он. — Сейчас живу тут недалеко, при обители».
Услышав про нашу проблему, отец Савва засмеялся: «Так это ж в Северодонецке! Вам туда, ребята». Благодарим нашего неожиданного помощника и выдвигаемся в путь, вновь проезжая через почерневшие кварталы Кременной и Рубежного, по насыпи возле взорванного моста с надписью на руинах: «Слава инженерным войскам России!»
Торговый центр находим быстро — его выдают разбитое остекление, черные интерьеры и огромная пустая парковка.
Передаем ребятам груз и сразу отправляемся в путь. Я лишь на минутку заглядываю в «Амстор», чтобы оценить обстановку. В крыше зияет огромная дыра — видимо, след от прилета снаряда или ракеты, вызвавших возгорание. Рекламные вывески на руинах обещают «Люті вигоди» и «Обвал цін».
Останавливаемся неподалеку, на окраине лесного массива. С одной стороны виднеется кладбище, с другой — церковные купола. Устремляюсь к последним и попадаю в подлинную обитель тишины и покоя. Кроны деревьев защищают от испепеляющей жары, выложенные камнем дорожки приглашают к прогулке, церковные строения стоят нетронутые, словно здесь и не было никакой войны.
Делаю несколько снимков и замечаю двух женщин, оживленно беседующих поблизости — они явно здесь не случайно. Так я познакомился с активистами прихода Взыскания погибших. Улыбчивые и оптимистичные, они рассказали о буднях прихода, которому
Записки отпускника или Лето на Донбассе (VIII)
RGrey
:
29-11-2023 13:19
Проезжаем несколько блок-постов и наконец упираемся в последний барьер. За ним подразделение, для которого мы привезли помощь из далекой Сибири. Часовой быстро входит в курс дела, но нужно разрешение командира или встречающие, а ребята не отвечают — ушли на боевой выход, где сотовой связи нет и вообще не до этого. Ожидание затягивается на часы. Темнеет, мы цепляемся к местному вайфаю, чтобы узнать, что происходит за пределами леса и устало переговариваемся с часовыми.
![1734129_IMG_20230704_090110 (700x315, 182Kb)]()
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Опасный лес
Но нам надо не в саму Кременную, наш путь ведет дальше — в леса, что начинаются за городом и тянутся до передовой. Все они наполнены военным людом и техникой, изрыты блиндажами, завешены масксетями.
Проезжаем несколько блок-постов и наконец упираемся в последний барьер. За ним подразделение, для которого мы привезли помощь из далекой Сибири. Часовой быстро входит в курс дела, но нужно разрешение командира или встречающие, а ребята не отвечают — ушли на боевой выход, где сотовой связи нет и вообще не до этого. Ожидание затягивается на часы. Темнеет, мы цепляемся к местному вайфаю, чтобы узнать, что происходит за пределами леса и устало переговариваемся с часовыми.
Приходит начштаба, скрупулезно проверив наши документы, удостоверяется, что перед ним не диверсанты, а обычные волонтеры, но в итоге следует бюрократической логике: «Я вас не знаю, поэтому ночевать будете прямо здесь, перед постом». Некоторое время спустя нас все-таки пропускают и мы получаем возможность передать помощь тем, кто в ней нуждается.
Накрываем машины масксетями («тут беспилотники повсюду, а у вас машины белые»), подкрепляемся остатками ужина из котла и отправляемся в блиндаж.
Сергей осматривает сооружение и скептически качает головой: «Он даже мину не выдержит». Но вариантов нет, да и сказывается привыкание, с которым приходит фатализм — что будет, то будет. Под землей тепло, но немного сыро.
Расстилаем спальники и проваливаемся в сон.
Солдатское счастье
Проснувшись в шесть утра, отправляюсь на обследование территории. Блиндажи тут и там, «Урал» цвета хаки стоит в углублении, на лобовом стекле табличка «Орки» — видимо, вместо визитки. Разговорились с контрактником из Омской области — простой сибирский парень, позывной Медведь. В боях уже более полугода, сильно уставший, контуженный («ВОГ на груди взорвался, я теперь плохо слышу на левое ухо») — одним словом, типичный солдат на передовой.
О чем говорили? О фронтовых буднях, из которых состоит жизнь обитателей этого леса. Солнце, Луна, Сапог — названия опорников составляют основу местной географии. Бои тяжелейшие, но линия фронта на тот момент почти не двигалась — типичная позиционная возня в духе первой мировой.
Пленные попадаются регулярно, но их не так много — в украинской армии действует жесточайшая система контроля. «Недавно привели пленного, говорит, мобилизованный, воевать не хочет как и большинство остальных. Спрашиваем, почему вы тогда не сдаетесь? А как, говорит, сдаться?
Записки отпускника или Лето на Донбассе (VII)
RGrey
:
28-11-2023 15:32
«Идеальное место для засады», процеживает Дима — и отправляется на разведку. Возвращается через пару минут: «Танк завоздушило». В такие пробки мы еще не попадали, но удивляться не приходится — à la guerre comme à la guerre.
![1734129_IMG_20230704_115329 (700x315, 157Kb)]()
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Танковые пробки
По дороге останавливаемся у перекрестка, где в 2014 году развернулись бои за 32-й блок-пост — Сергей хочет взглянуть на место, где он провел одни из самых напряженных дней в своей жизни. «Не думал я, что снова окажусь в этих местах».
Он подробно рассказывает как развивались события, показывая все на местности. Условия для этого идеальные, не изменилось ничего — блиндажи с обеих сторон по-прежнему ждут гостей, траншеи не засыпаны, подбитая техника ржавеет в полях и даже миномет-обманка на месте.
Как бывший музейщик автоматически отмечаю, что здесь можно создать отличный музей под открытым небом. А пока неплохо бы поставить скромный монумент в память о погибших — их было немало.
Несколько раз останавливаемся, чтобы спросить дорогу — то у военных, то у местных жителей.
В конце концов женщина в футболке с надписью «Ведьмы не стареют» указывает верное направление. Дорога действительно напоминает сказку — только страшную. По большей части едем по разбитой грунтовке под кронами деревьев, склонившихся с обеих сторон. Время от времени встречаются тентованные «Уралы», поднимающие клубы пыли.
Въезжаем в безлюдную деревеньку и упираемся в колонну военных грузовиков. Дорога проходит внизу, словно по дну оврага, справа и слева от нас на возвышении стоят хаты с запертыми воротами.
«Идеальное место для засады», процеживает Дима — и отправляется на разведку. Возвращается через пару минут: «Танк завоздушило». В такие пробки мы еще не попадали, но удивляться не приходится — à la guerre comme à la guerre.
Проходит минут десять и мимо нас проползает первый танк, пышущий жаром словно огромная печь. Машем руками, парни на броне устало салютуют в ответ — здесь так принято. И мы едем дальше.
Мученики
Маршрут изменился, а значит изменились и планы — мы едем в Кременную — через Северодонецк и Рубежное.
Что можно сказать? Это города-мученики. Их видно издалека — черные фасады многоэтажек, руины магазинов и автозаправок, покореженные машины, сожженная техника.
Записки отпускника или Лето на Донбассе (VI)
RGrey
:
17-11-2023 08:27
![1734129_IMG_20230703_123524 (700x315, 148Kb)]()
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Шахтеры и саперы
Утром заправляемся на станции, обложенной мешками с песком, под ярким рекламным щитом, утверждающим, что «пора майонезить!», и выдвигаемся в путь — на этот раз в Сватово.
Дороги Донбасса это сплошной оксюморон.
Идеальная трасса с разметкой сменяется разбитым полотном в огромных дырах, сгоревшая бронетехника на обочине стоит рядом с катками дорожников в зеленых жилетах, обновляющих асфальтовое покрытие.
Проезжаем ухоженное Енакиево, серый Кировск, умиротворенное Дебальцево, название которого стало для многих символом ожесточенных боев.
«Кто бы мог подумать, все отстроили, даже следов не осталось, — поражается Сергей. — А в 2014-м здесь все горело, бои были страшные». Участник Дебальцевской операции, он и сейчас помнит все, слово вчерашний день — и воспоминания не из приятных.
Пролетарский Стаханов по-прежнему живет углем — то и дело мелькают шахты и связанные с ними сооружения.
Вот только на дорогах теперь все больше «Уралы» цвета хаки. И лишь Ильич, обильно покрытый золотой краской, по-прежнему указывает путь к светлому будущему.
Выходим на «Бахмутку», как именуют местные шоссе Лисичанск — Луганск. Следы недавних боев здесь повсюду — сгоревшие деревья, взорванные мосты.
Красные квадраты вдоль дорог предупреждают: «Небезпечно міни!»
Теперь я понимаю происхождение этой колоритной таблички на заборе вокруг дома Алексея. Видна машина саперов, которые пытаются расчистить от мин хотя бы обочины, чтобы строители могли расположить технику и материалы.
Записки отпускника или Лето на Донбассе (V)
RGrey
:
13-11-2023 14:09
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Домик на окраине
Обычный дом на обычной улице — с соседями за забором и малиной во дворе. Бойцы находятся здесь практически постоянно — одни приходят, другие уходят.
На стене — икона с Иисусом в стальном окладе, детские рисунки к 23 Февраля и календарь за 2019 год с поросенком в бескозырке.
На диване спит солдат, автомат рядом.
Разгружаемся во дворе, одновременно сортируя посылки по будущим получателям.
Отправляюсь обследовать окрестности. Ничего необычного — рядом с частным сектором возвышаются многоэтажки, возле бедных избушек — кирпичные особняки.
На многих улицах нет даже асфальта, зато одна полностью выложена тротуарной плиткой. В магазинах интерьеры девяностых годов и сервис тех же времен, точнее, его отсутствие.
Вечером приехал командир спецназа — пообщаться со старыми и новыми знакомыми. Юля спрашивает, может ли его водитель свозить нас в центр города. Пять минут спустя мы мчимся в лихой девятке по улицам вечернего Донецка.
Я сижу сзади и ствол автомата, прислоненного к сиденью, стучит по моей ноге. Молодой мужчина с колоритной бородой ведет машину так, словно мы летим под обстрелом по вражеской территории и скорость решает всё. Впрочем, для него это и есть привычная обстановка — везти командира на боевое задание, где главное — доехать. «Когда хохлы видят «Тигр», то начинают бить изо всего, что у них есть, — поясняет он. — Хуже только на «Тайфуне» ехать, там просто ад начинается».
Мы шагаем втроем по набережной реки со странным названием Кальмиус и разговариваем о войне. Несмотря на кавказскую бороду, Фред приехал из Рязанской области. Это простой парень, чья молодость проходит среди боев и казарм, вдали от родного дома, где он толком и не успел пожить.
Вижу вдалеке статую с характерным профилем — похоже, Чехов. «Почему Чехов?» удивляется он. И тут я понимаю, что для него это просто имя из школьного учебника, а потому без подписи ему русского классика не узнать. Спрашиваю себя: сколько еще таких ребят не успели пожить и что-либо в жизни по-настоящему понять, зато успели повоевать? Что ждет их в будущем? Наш собеседник, похоже, не особо
Записки отпускника или Лето на Донбассе (IV)
RGrey
:
10-11-2023 09:47
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Цена победы
Вскоре приезжают спецназовцы, с которыми мы расстались вечером. Алексей раскладывает на столе во дворе «гостинцы», что удалось приобрести на народные деньги — от ручек для пулемета до беспилотника.
Командир разглядывает все и одобрительно кивает. Он производит впечатление человека беспредельно спокойного, но, пообщавшись поближе, понимаешь, что за внешней безмятежностью скрывается невероятная усталость.
Вспоминается диалог генерала и командира подразделения в Сталинграде из романа «Жизнь и судьба» Василия Гроссмана: «Задержите противника сами любой ценой. Резервов у меня нет, — сказал Родимцев. «Задержать любой ценой», — ответил человек в плащ-палатке, и всем стало понятно, когда он, повернувшись, пошел к выходу, что он знает цену, которую заплатит».
Противник оснащен по стандартам НАТО, использует новейшие технологии и вооружение и отвечать ему нужно тем же. По счастью, волонтеры вроде нашей группы помогают ребятам и те искренне благодарны за поддержку. Понимаешь, что Алексей был прав, повторяя, что нужно везти именно то, что просят конкретные подразделения. Проблемы с питанием и формой по большей части решены, теперь нужны технические изделия. Беспилотники, легковые автомобили, снаряжение — все это помогает солдатам выжить и выполнить боевые задачи.
Просим разрешения сделать снимок на память и записать видео для подписчиков. «Поблагодарить? Хорошо, только балаклаву надену — мне через пару лет в запас», так же спокойно говорит командир.
Нам пора. Под Бахмутом жарко, дорожная пыль висит в воздухе. Впереди Донецк.
В Донецке солнечно
В Донецке хорошо. Яркое солнце, чистые улицы, цветы повсюду, девушки в шортах гуляют по набережной и едят мороженое.
Типичные южный город в разгар летнего сезона. Лишь выйдя из машины замечаешь первое отличие — канонаду. Приходы и выходы слышны практически непрерывно — глухо, но постоянно. Местные, видимо, давно к этому привыкли — как мы привыкаем к гулу автомобилей или постукиванию колес на железной дороге.
Потом замечаешь разбитые витрины и мешки с песком, сложенные рядами вдоль некоторых зданий — следы хаотичных обстрелов города, которые ведутся уже девятый год.
Наконец, зайдя в ресторан грузинской кухни, похожий на любое подобное заведение в Тюмени, сталкиваешься с одной из самых неприятных особенностей — на раковине стоит
Записки отпускника или Лето на Донбассе (III)
RGrey
:
08-11-2023 13:33
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Бахмут
Строго говоря, мы отправились не в сам Артемовск, как он теперь вновь именуется в российских документах, а в село неподалеку, где базируется рота спецназа. Именно на этот участок обрушилась вся ярость контрнаступления украинских войск, пытающихся отыграться за потерю очередного города, который «никогда не будет сдан».
На дальних подступах к селу останавливаемся на блок-посту. Мужчина с автоматом на изготовку, с повязкой на лице и узнаваемым черепом на шевроне, советует: «Мужики, выключите телефоны». Может, перевести в авиарежим? «Лучше выключите. Это для вашей безопасности». Позже нам пояснят, что украинский РЭБ отслеживает скопления российских сим-карт и накрывает их огнем — с большой вероятностью это военные. Порой, конечно, достается и местным, перешедшим на российскую телефонию, но здесь с подобными мелочами не считаются — лес рубят, щепки летят.
В полной темноте следуем за провожатым из спецназа — сперва на машинах, потом пешком по поселку. Все передвигаются в тишине и мраке, даже карманный фонарь зажигать запрещено — вражеские беспилотники висят в небе денно и нощно, и снарядов противник не жалеет.
Заходим в импровизированную казарму в жилом доме, где вряд ли остались другие соседи. Повсюду бронежилеты, ящики с боеприпасами, каски и автоматы. В шкафу книги прежних хозяев, на стенах простенькие репродукции и фотографии — обычная обстановка советской квартиры от Львова до Владивостока. Вот только обитатели здесь теперь другие — молчаливые и уставшие.
Ребята угощают ужином — на столе картошка с мясом, простая солдатская еда. Обмениваемся новостями, но больше слушаем. Обстановка тяжелая. Обитателям столичных офисов стоило бы послушать эти рассказы и взглянуть в эти лица, чтобы понять, что действительно означает «внутреннее выгорание». Предложение отметить встречу хотя бы символическими ста граммами отклоняется вежливо, но однозначно — «у нас сухой закон». За полчаса, что мы проводим в беседах, за окном раздается три громких взрыва, на которые никто не обращает внимания. Спрашиваю о расстоянии до прилетов — это километра три от нас? «Меньше километра» отвечает Алексей.
Возвращаемся к машинам. «У нас есть домик в соседнем селе, — поясняет командир. — Мы вас туда отвезем, переночуете. В 3 км от нас хохлы уже жгут колонны, а там все-таки чуть подальше». В темноте прибываем в пустой крестьянский домик, загоняем машины во двор и спецназовцы закрывают за нами ворота. Спать.
Доброе утро
Говорят, на свежем воздухе спится крепко, но мне почему-то было не до сна. Проснувшись в 4 утра, отправился изучать окрестности. В домике не осталось ничего кроме раскладушки и матрасов на полу. На стене иконы Божьей матери, в углу напротив — кувалда, на окне — открытка, в которой мальчик из г. Рыбное поздравляет безымянного солдата с Днем защитника Отечества, говорит, что гордится им и обещает, что победа будет за нами. Полочка на стене наполнена молитвенниками для воинов, черными лентами со старославянскими надписями и маленькими
Записки отпускника или Лето на Донбассе (II)
RGrey
:
06-11-2023 19:58
Осенью Сергей вернулся на Донбасс по контракту на три месяца — воевал в БАРСе. Планировал подписать новый, но теперь вряд ли — трехмесячных контрактов больше нет, а служить по полгода и больше здоровье уже вряд ли позволит. Однако в стороне остаться не может и потому помогает ребятам по мере сил — возит гуманитарку. Он как никто знает, что нас там ждут.
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Последний рывок
Ночью прибываем в Уфу — по дороге выяснилось, что УАЗ лучше оставить здесь, у родителей одного из командиров, для переоформления документов. Все машины передаются лично командирам подразделений, поэтому необходимы доверие и стопроцентная уверенность в том, что они будут использованы по назначению. Алексей лично рассматривает каждую просьбу, поэтому ошибок пока не было.
Короткая остановка возле родительского дома командира — перегружаем все коробки и масксети в пикап и продолжаем путь на двух оставшихся автомобилях. По сути в этом и состоят волонтерские будни — паковать, грузить и ехать, вечно ехать куда-то. Дима за рулем уже 19 часов, кажется, он не знает усталости и может ехать вечно. Это его первый выезд на новом личном автомобиле. Нам, конечно, комфортно в джипе «Мерседес», а вот понравятся ли детищу немецкого автопрома разбитые дороги Донбасса — вопрос спорный.
Наконец прибываем в Шахты, где нас ждет неприметный домик на окраине — неофициальная перевалочная база, хозяйка которой принимает ребят регулярно и совершенно бесплатно. После двух дней пути сон в горизонтальном положении и душ воспринимаются как чудо и подарок судьбы. Мы счастливы.
Здесь к нам присоединяется Сергей — строитель из Тюмени, прибывший на своем грузовичке, доверху заполненном посылками для бойцов. Спокойный, общительный, вежливый — он скорее похож на соседа, что поливает газон по утрам или играет в шахматы во дворе. Трудно поверить, что перед тобой фронтовик, за плечами которого все основные кампании войны 2014-2015 годов. «Вот только в Донецком аэропорту я не был, а в Дебальцево было горячо, это я хорошо помню, и под Иловайском тоже».
Осенью Сергей вернулся на Донбасс по контракту на три месяца — воевал в БАРСе. Планировал подписать новый, но теперь вряд ли — трехмесячных контрактов больше нет, а служить по полгода и больше здоровье уже вряд ли позволит. Однако в стороне остаться не может и потому помогает ребятам по мере сил — возит гуманитарку. Он как никто знает, что нас там ждут.
За ленточкой
За ленточку заходим в 9 вечера. Бывший погранпункт теперь просто пункт контроля, но по сути мало что изменилось. Усталый сотрудник в форме спрашивает цель поездки, разглядывает документы и в конце концов пропускает и нас, и машины. Очередей нет, но и пустыми местные дороги не назовешь — то и дело встречаются обычные легковушки, спешащие куда-то в кромешной тьме. А вот куда едем мы?
Изначально предполагалось, что мы расположимся в частном доме в Донецке — это позволило бы разместить во дворе груз и развозить его по отрядам, разбросанным по всем четырем областям. Однако план дал осечку и в последний момент выясняется, что дома нет. По дороге пытаюсь найти замену при помощи знакомой из Донецка, но звонки по объявлениям терпят фиаско — все освободится лишь через несколько дней. В этом смысле ситуация типичная для южного города в разгар летнего сезона. Вот только вряд ли все свободное жилье в Донецке занято туристами.
Алексей подводит итог: «Вариантов нет — едем сразу на первую точку в село Х». Знакомая из Донецка в шоке:
Записки отпускника или Лето на Донбассе (I)
RGrey
:
05-11-2023 07:17
Читать далее...
комментарии: 0
понравилось!
вверх^
к полной версии
Вечером накануне отъезда раздался звонок со знакомого номера: «Станислав, куда вы едете? Там же сейчас очень опасно!» женский голос на том конце провода звучал убедительно. «Там сейчас контрнаступление ВСУ, обстрелы страшные. Подумайте!» Это предупреждение было не первым и не последним. Но мы поехали.
«Пройдем поближе к передовой»
О времени выезда Алексей сообщил накануне вечером: «Завтра в 8-30 у меня». Я уже начал отчаиваться, что и в этот раз не смогу отправиться на Донбасс с его командой — дни короткого отпуска утекали, а старт все откладывался. Сначала не могли найти фуру для доставки автомобилей, которые планировалось передать военным — почему-то никто не хотел ехать в ту сторону. Потом Ростовская область оказалась блокирована из-за известных событий.
Но вот час икс настал и мы все встретились в загородном доме Алексея. Мы — это группа волонтеров во главе с предпринимателем и ветераном спецназа Алексеем Федорушкиным, вот уже больше года помогающих бойцам на передовой, закупая и доставляя для них самые необходимые вещи.
На этот раз помимо нас с Алексеем в путь отправились трое: молодой ямальский водитель Костя, военный инструктор из Салехарда и один из администраторов Телеграм-канала Дима и Юлия, менеджер одной из тюменских нефтегазовых компаний. Новичками были только мы с ней, ранее лишь занимавшиеся сбором средств на своих предприятиях, все остальные побывали в тех краях уже не раз.
Вечерний звонок Алексей прокомментировал коротко: «Это правда, по тылам бьют очень сильно. Попробуем проскочить поближе к передку». Короткие проводы, последние приготовления, старт — пикап «Ниссан», УАЗ «Патриот» и джип «Мерседес» тронулись в путь длиной около 3000 км.
С Костей мы познакомились уже в УАЗе, за рулем которого он и отправился в путь. Молодой парень из Салехарда, осенью он отслужил на Донбассе три месяца по мобилизации, но был отправлен домой как отец троих детей. Планирует вернуться как контрактник — поменять свой автокран на машину РЭБ. «Я так подумал: если я воевать не пойду, ты не пойдешь, он не пойдет — кто воевать будет?»
Мчимся быстро, насколько позволяет машина и двухполосная дорога. На ближайшей заправке обклеиваем машины символами СВО — на месте это служит опознавательным знаком.
Посылка для Лешего
Первая остановка — возле пос. Вишневогорск Челябинской области. Молодая женщина в футболке с надписью Kitten Club загружает в кузов пикапа коробки с надписями «Вместе мы сила, победа нам необходима» и позывными получателей — Лентяй, Леший... Так жители поселки поддерживают земляков, многие из которых на передовой уже не первый месяц. Сын-подросток вручает нам пакеты с булочками — перекусить в дороге.
Перекидываемся парой слов с Леной (назовем ее так). Обычная жительница российской глубинки, которая мало интересуется политикой и не испытывает лютой ненависти к кому-либо. «Там наши мужья, дети, земляки, — говорит она. — Надо помогать. Мы всем поселком собираем, у многих там ребята воюют». Напоследок предупреждает: «Муж говорит, последнее время бомбят очень сильно. Вы уж поосторожнее там».
Следующая остановка — на выезде из Златоуста, на этот раз вынужденная — сломался пикап. Все машины приобретены и отремонтированы на народные сборы — старались выжать максимум при минимальных затратах, но сюрпризы в такой