Оккупация в музыке
В Советском Союзе было принято восхищаться мастерством Ростроповичей. И, действительно, виолончелист и пианист Мстислав Ростропович выделялся среди своих коллег классом исполнения музыкальных произведений.
Ростроповичи.jpeg
Только, как известно, всё познаётся в сравнении. И мы сегодня даже себе не можем представить, что такое реальное русское мастерство музыкального исполнителя, ибо нам попросту... не с чем сравнивать, кроме как с иудейскими воспитанниками лучших музыкальных школ России.
Почему так? Ответ несложен: ещё при последнем царе, Николае Втором, уже была завершена оккупация сферы исполнительского искусства в музыке. Что наглядно показывает нижеследующий список учеников столичной (петербургской) консерватории.
И дело здесь не в том, что иудеи хорошие или плохие. Речь не об этом. Они - другие! С чуждым для обычных людей мировоззрением, культурой. У них своя, особенная совесть, применимая лишь к соплеменникам. „Не давай в рост брату своему, а иноземцу давай в рост“ - чёткая иллюстрация этой самой другой совести, специфической.
Так и в музыке: иудеи с детства воспитывались на своих мелодиях (так наз. квадрат), у них свои герои, своё, отличное от восприятия и толкования русскими людьми, видение мира. Сравните музыку Чайковского или Вагнера с произведениями распиаренного Западом Мендельсона: это вообще несопоставимо! Поэтому и в исполнении музыки иудеи привносят своё, свои нормы понимания окружающего, воспитанные с детства, но такие чуждые русскому или немецкому человеку!
Вот поэтому мы и говорим, что нам, увы, не дано насладиться высшим совершенством исполнения музыкальных произведений русскими музыкантами. Ибо последних буквально выдавили из этой сферы искусства. Ещё при царе...
*
Пишет Леман Анатолий Иванович /1859-1913/ – выдающийся русский скрипичный мастер. Лучшие его скрипки по акустическим данным и качеству исполнения соперничали со скрипками выдающихся итальянских мастеров Страдивари и Гварнери.
---------------
Итак, в С.-Петербургской консерватории обучаются исключительно евреи. Но как же так случилось, что там совершенно нет русских? Об этом надо спросить г-на Ауэра. Когда пройдет тяжелая эпоха его владычества в консерватории, причинившая неисчислимый вред русской музыке и русскому искусству, тогда увидят, что две трети учеников, по меньшей мере, могли бы быть чисто русскими.
Одно и то же утро, а ощущение — разное.
Бывает, просыпаешься — и ещё глаза толком не открыла, а уже включилась. Рука тянется к телефону. Сообщения, новости, лента. Мысли сразу побежали: «надо сделать, написать, не забыть». И вроде ещё из кровати не вылезла, а внутри уже всё напряжено.
К обеду — всё, силы на нуле.
А до вечера ещё столько дел.
А бывает иначе.
Проснулась. Полежала немного. Потянулась — как в детстве, с удовольствием. Выпила воды. Встала без спешки. И день идёт совсем по-другому: спокойнее, легче, даже когда дел не меньше.
Я это не сразу поняла.
Думала, дело в нагрузке, в объёме задач.
А оказалось — в том, как начинается утро.
Если с утра сразу в суету — к обеду уже хочется кофе или чего-нибудь сладкого, чтобы подбодрить себя. Собраться сложно, всё даётся через «надо». А к вечеру ощущение, что выжата.
Если дать себе чуть больше времени — просто побыть в тишине, не спеша сделать первый глоток воды, не бежать с головой в дела — сил оказывается больше.
И день складывается легче.
Сейчас об этом всё чаще говорят врачи и специалисты: то, как мы начинаем утро, задает тон всему дню.
Вместо новостной ленты — короткая зарядка, дыхание. А ещё приятные ритуалы: стакан воды, несколько минут в тишине, уход за собой без спешки. Звучит просто? Но именно из этого складывается совсем другое состояние.
Попробуйте, не хвататься за телефон сразу.
Сначала проснуться и побыть немного в себе. И посмотреть, как пройдёт день.
Юлия Высоцкая
Друзья мои !Доброй вам субботы!
