Ведь мы привычно полагаем, что в поисках чудес света нужно непременно отправляться куда-нибудь за тридевять земель в далекие страны.

А это же вот тут, рядом.

Эпоха Великих географических открытий, говорим мы, давно позади. Тем удивительнее, что даже в XXI веке, когда, казалось бы, все дороги-пути исхожены, можно открыть прямо под боком невероятные вещи, о которых до сей поры знали немногие.

Из числа таких чудес света — уникальное плато Маньпупунер, которое притаилось в Коми среди горных темнохвойных лесов Печоро-Илычского заповедника. «Малая гора идолов» — именно так с языка народа манси и переводится «Маньпупунер».

Охотники-коми еще именуют это место Ичет Болваноиз, или Малые Болваны. Идолы — это семь отдельно стоящих на высоте 700 метров над уровнем моря каменных столбов. Самый низкий — 22-метровый, а самый рослый уходит ввысь на 50 метров — как 12-этажный дом. Территория эта труднодоступна. Возможно, этим и объясняется тот факт, что о плато мало кто слышал. Хотя оно носит звание одного из семи чудес России.



Ступив на плато, попадаешь в какой-то другой мир. И каждый чувствует его по-своему: кто-то испытывает невероятное чувство свободы, кто-то, растянувшись на мягком и слегка хрустящем белом мхе, заряжается энергией, но некоторых охватывает странный психологический дискомфорт, чувство тревоги. Это от того, что невозможно избавиться от ощущения, что идолы наблюдают за гостями.

Семь великанов, выстроившихся в ряд на фоне неба прозрачной голубизны и бескрайней тайги, при ближайшем рассмотрении вдруг приобретают явные человеческие черты. Впереди всех — самый настоящий шаман с поднятой рукой. А вот старичок со сморщенным лицом. По соседству с ним — типичный индеец с орлиным носом. При определенном ракурсе и некоей доле фантазии у наблюдателя тот или иной образ проявляется у каждого из истуканов. Они стоят, повернув свои лица в одну сторону, словно держа — в полном смысле слова — носы по ветру. И когда смотришь на эти застывшие фигуры, невольно возникает вопрос: а как они появились здесь?



Название Маньпупунер перекочевало на географические карты из языка манси, а в язык этого народа вошло, по всей вероятности, несколько веков назад, тогда, когда люди всему необычному пытались найти объяснение, создавая легенды и мифы. Манси объясняли появление каменных столбов так: мол, в истуканов превратились семь великанов-самоедов, направлявшихся через горы в Сибирь, чтобы уничтожить вогульский народ. Самоеды — это старое название народов, говорящих на самодийских языках, то есть ненцев, нганасан, селькупов.

А вогулами вплоть до 30-х годов XX века именовали манси. И вот якобы когда самоеды поднялись на ту гору, что сегодня именуется Маньпупунер, их вожак-шаман увидел перед собой вершину другой горы — Ялпингнер, священной для вогулов. Он в ужасе бросил свой бубен, и все его спутники следом тут же окаменели. Когда точно появилась на свет эта легенда, достоверно неизвестно, однако, вероятно, с тех самых пор Маньпупунер превратилась в объект культа и фактически почиталась местными племенами, как гора-защитница, охраняющая их покой, оберегающая от нашествия враждебных племен. А если учесть, что посещать район горы могли лишь единицы, поскольку дорогу к ней тщательно скрывали, то неудивительно, что Маньпупунер слыла в народе как сакральное место.

В то же время эти земли могли быть известны не только мансийским охотникам и кочевникам, перегонявшим бесчисленные стада оленей. По соседству с манси традиционно обитали коми, у которых, что интересно, сохранилась несколько иная мифическая трактовка происхождения каменных идолов. Согласно их верованиям, это семеро окаменевших братьев, которые не захотели выдать замуж за злого шамана свою красавицу сестру, за что и поплатились жизнями. Таким образом, народ коми придает Маньпупунеру несколько иной сакральный смысл, выводя на первый план и жестокость, и великую силу шаманизма. Коми полагали, что любой, чья нога ступит во владения каменных болванов, понесет кару. И, по всей видимости, шаманы, пользуясь в собственных интересах этими легендами, превратили урочище в запретную территорию, своего рода