[482x362]
На далёкой звезде, что на небе сияет неярко ,
Город есть золотой, над которым не властны Вселенных законы.
Он искрится в лучах голубого полдневного солнца
И на башнях его многоцветные флаги трепещут.
Мостовые из мрамора там, из пурпурного горного камня,
Во все окна хрустальные вставлены стёкла,
Ну а крыши и стены домов все покрыты листами чистейшего злата.
Есть в том городе сад и прекрасней его ты не сыщешь.
И дорожки посыпаны там все тончайшим песком серебристым,
Там деревья стоят, свои ветви сплетя и смешав многоцветные листья,
А цветы там такой красоты, что нигде, ни в одной из Вселенных,
Даже если их все обойдёшь ты от края до края,
Не отыщешь цветам тем и бледных подобий.
Там фонтаны струятся с прохладной и чистой водою.
В каждой капле её отражается солнце мильонами радуг.
И средь этих цветов, средь дерев с разноцветной листвою,
Что под ветром игривым шумит и трепещет,
Диво дивное, бродит там конь с шелковистой серебряной гривой.
Он белее всех облак и белых цветов асфоделей,
|

[показать]
[472x698]
[319x525]
|
[450x300]
[699x610]
Подруга из Америки прислала.
На одном из спектаклей "Евгения Онегина" пистолет почему-то не выстрелил. Но Онегин не растерялся и ударил Ленского ногой. Тот оказался сообразительным малым и с возгласом: "Какое коварство! Я понял все - сапог отравлен!" - упал и умер в конвульсиях.
Гастроли провинциального театра, последний спектакль, трезвых нет.
Шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. Финал. Один цезарь над телом другого. И там такой текст в переводе Щепкиной-Куперник:
"Я должен был увидеть твой закат иль дать тебе своим полюбоваться".
И артист говорит:
- Я должен был увидеть твой...
И он текст забыл, надо выкручиваться, по смыслу, а это стихи, проклятье - но он выкрутился! Как поэт!!
Он сказал:
- Я должен был увидеть твой... конец!
И задумчиво спросил:
- Иль дать тебе своим полюбоваться?..
И мертвые поползли со сцены.
Итак - имеется прославленный (и заслуженно) актер и имеется его завистник, который всяко его подсиживает, гадит и т.д., причем бездарен на удивление. Ну вот этот завистник всеми правдами и неправдами "выбил" себе роль Дон Гуана, столкав ненавистного соперника на роль Статуи Командора. Играет отвратно, и Статуя всатвляет отсебятину: "Как низко может падать человек!" Публика в восторге и освистывает Дон Гуана. Естественно, тот решил отомстить. Назавтра другая пьеса, где знаментость играет Наполеона, а завистник - эпизодическую роль генерала, который вручает Наполеону письмо, каковое тот потом читает вслух. Пьеса новая, роли еще едва разучены, так что Наполеон пиьсмо просто реально переписал и вложил текст в конверт. Завистник, будучи в курсе, что Наполеон письмо помнит плохо, вытащил текст из конверта и вложил пустой лист бумаги - дескать, вот не сможешь ты вспомнить текст, тут-то и обгадишься перед публикой. Итак - соответствующий момент спектакля, Наполеон вскрывает конверт, видит, что перед ним чистый лист, отлично понимает, кто ему устроил этакую жабу - и... небрежно вручает этот лист генералу со словами: "Прочтите, генерал, мне сами вслух!"
История, которую мне рассказал мой отец, в молодости сам актер, так что за достоверность ручаюсь.
Приезжает Папазян в провинциальный театр - играть Отелло. И выдают ему в качестве Дездемоны молоденькую дебютанточку. Она, естественно, волнуется. И вот подходит дело к сцене ее убиения. на сцене такая вся из себя целомудренная кровать под балдахином. И вот легла эта самая дебютантка за этим балдахином ногами не в ту сторону. Открывает Отеоло с одной стороны балдахин - а там ноги. Ну - что поделать, закрыл Отелло балдахин и этак призадумался тяжко. А Дездемона сообразила. что лежит не в том направлении, и... ага, перелегла. Открывает Отелло балдахин с другой стороны, а там... НОГИ!
После чего продолжать трагедию было, как вы понимаете, уже невозможно.
На сцене провинциального театра уездного города NN идет один из премьерных показов «Ромео и Джульетты». Актер, играющий Ромео, юн, старателен и до крайности взволнован. Спектакль идет своим чередом и благополучно близится к трагическому финалу. Ромео произносит последний монолог, в котором есть такие слова:
О чем, когда мы ехали верхами,
Дор́огой говорил мой человек?
Не о предполагаемом ли браке
Джульетты и Париса? Или нет?
Актер же, мчась на всех парусах к завершению своей роли, торопливо выпаливает:
О чем, когда мы ехали верхами,
Дор́огой говорил мой человек?
Не о предполагаемом ли браке
Ромео и Джульетты?..
В зале замешательство; Ромео, растерянно:
…или нет:
Ромео и Париса!
В зале легкое оживление; Ромео, испуганно:
ИЛИ НЕТ!!!
Джульетты и Париса!!!!
Аплодисменты, заглушающие несколько истеричных всхлипов в первых рядах.
...утренний спектакль, назначенный на 1 января. В каком состоянии, собрав все мужество и волю, артисты выходят после новогодней ночи, можно только представить. И вот 1 января, чтобы порадовать детей, во МХАТе традиционно дают "Синюю птицу". Артист Владимир Правальцев играл роль Хлеба. Вместе с детьми - Тильтилем и Митилью, а также Огнем, Водой и другими персонажами чудесной сказки он приходит во дворец Ночи. Хлеб обращается к Ночи:
- В силу того, что я стар и опытен и преисполнен любви и преданности детям, я являюсь их единственным защитником. Поэтому я должен вам предложить вопрос - каким путем нам бежать отсюда?
Очевидно, новогодняя ночь внесла в сознание актера путаницу. На его лице отразилась мучительная борьба слов и предложений. Он начал:
- В силу того, что я стар и опытен...
Молчит. И вместо того, чтобы посмотреть на
Она говорила: нельзя порвать. Искусственно. Нарочито. Надо, чтобы само умерло. То есть Женька была не хирург, а анестезиолог. Или даже участковый терапевт. Который лечит консервативно, давая рекомендации: бог терпел и нам велел, три пуда соли съесть, хорошего помаленьку и много не бывает.
Женька отпиливала от себя Костю не одним взмахом топора, и даже не ножовкой хирурга, а пилочкой для ногтей. Медленно и больно. 20 лет. Но Костя сидел в ней. И болел. Пилка натыкалась на сучок, пилка ломалась. А этот сучок – как узелок памяти.
Женька натыкалась и вспоминала. Вот они – студенты – поехали в Верхотурье. Они плыли на лодке по реке. Конечно, в бога не верили. Костя тогда сказал: я тебя люблю. И тут с дерева посыпалась листва, как рис во время свадьбы, или божья благодать с небес. Потом была студенческая свадьба с бражкой. Один друг заснул в ванной и опух. Уехали на заработки на север. Женька забеременела. Она была со своим пузом как шарик - в нем просвечивал пупс-сын и синие жилки. Ужасно трогательно.
- Ты разойдешься по швам! – шутил Костя.
Надежный. Большой. Теплый человек Костя. Муж. Отец ее ребенка. Он гладил ее пузо, а еще за ухом, как собаку. Ну иллюстрация к клятве: ничто не разлучит нас.
Потом родился Славка. Костя-добытчик приходил с работы и заставал жену с сыном на полу.
- Половая мадонна с младенцем, - шутя выговаривал он.
Женька, ползая на корячках с грудничком, искала острые углы и опасности. Диван. Стол. Батарея. У – горячо, опасно! И …грозила пальчиком. Система Никитиных, голые пятки – закаливание.
Но кто-то звонил и молчал в трубку.
- Алло. Вас не слышно, - кричала Женька. В 9 месяцев Славка повторил за мамой отчетливо: «алло …шно».
Костя приходил с работы пьяным (поводов – море: рождение сына, ему полгода, год, новый проект, новый филиал и тд.). Смотрел в любящие-все принимающие глаза жены и ему хотелось сделать еще больнее и посмотреть, что будет.
- Я сплю с Надькой, твоей лучшей подругой.
читать дальше...
[469x500]