Анна Сергеевна сидела на скамейке в парке. Лёгкий ветерок касался усталого морщинистого лица. Этим ранним утром воздух был пропитан терпким кисловатым ароматом осенних листьев. Шуршащие и нарядные, они гордо пламенели на деревьях, хрупкими корабликами несбывшихся надежд кружились в воздухе и непрочитанными письмами ушедшего лета лежали на земле.
Женщина пришла в парк, когда ещё только первые робкие лучики коснулись нежащегося в предутренней неге города. Как-то грустно щемило в сердце, и воспоминания нежно выплывали из глубин памяти.
Анна Сергеевна вспоминала, как гуляла в этом парке маленькой пятилетней девочкой. Она тогда шла между деревьев, стараясь загребать ногами как можно больше листьев. Ей казалось, что впереди неё плывёт настоящая большая, красочная и волшебная волна.
Потом она собрала целую гору листьев и с разбегу повалилась на неё спиной, словно на пляжный надувной матрац. Ласковые прохладные листики щекотали ей щеки и норовили забраться на воротник курточки. Она лежала и смотрела на седое высокое небо, где над её головой верхушки деревьев переплетались ветвями, покачиваясь под слабым осенним солнышком.
Они с мамой набрали огромный букет кленовых листьев.
А когда ей было восемнадцать лет, она гуляла в этом парке со своим будущим мужем Ильёй. И снова под ногами шуршали листья, а сердце ждало сказку.
Илья посадил её на поваленный ствол старой ели, и она вся перемазалась пахучей липкой смолой. Пальцы, которыми она пыталась оттереть пятно на юбке, тоже стали липкими от душистой еловой смолы. Илья взял её руку в свои ладони и нежно коснулся губами её перемазанных пальчиков. Как они смеялись, когда он не смог сразу отлепить свою руку, прилипшую к её пальцам.
Илья сказал, что это сама осень повенчала их, и прикрепил ей в волосы длинный жёлтый лист, объявив, что это корона самой прекрасной женщине на всей планете. Они прожили вместе долгую и счастливую жизнь. Еловая смола скрепила их союз лучше самого дорого кольца.
В этом же парке она гуляла со своей маленькой дочкой. Рыжие, мелкие веснушки на милом улыбчивом личике малышки не пропадали даже зимой, словно хранили память о том осеннем венчании.
Они ходили на дальний край парка, где в соснах жили яркие, пушистые, доверчивые белочки, садящиеся прямо на протянутую руку. Оглядываясь по сторонам чёрными круглыми глазками, зверьки брали с ладони орешек, слегка царапая коготками кожу, и убегали вверх по стволу дерева, чтобы через несколько секунд вернуться за следующим.
Экономист Михаил Хазин откровенно о кризисе либеральной модели и будущем Европы, росте популярности «Альтернативы для Германии» и миграционном кризисе, возможном обнищании европейского среднего класса и риске радикализации общества, отношениях Европы с Россией и конфликте на Украине, а также о том, какие глобальные перемены могут ждать мир в ближайшие годы.
1.

Грузия знаменита большим количеством разнообразных архитектурных памятников, среди которых и дворец Романовых в Боржоми. Здешний климат обусловил строительство множества дач, резиденций и домов отдыха, многие их которых были предназначены для правящей верхушки.
Магия зеркального парадного
Построили его в 1895 году по проекту известного архитектора Леонтий Бенуа. А после этого, для его обслуживания на Куре поставили первую(!) в Российской империи ГЭС!
Особое очарование усадьбе придавал её многоуровневый сад, террасами спускавшийся по склону Мтацминды. Здесь, среди экзотических растений, журчали скрытые от посторонних глаз фонтаны, а воздух был напоен ароматом роз и свежестью горных родников. Мирза Риза-хан создал здесь свой собственный, земной оазис, парадную витрину персидского изящества, гармонично вписанную в ландшафт грузинской столицы.
Тени прошлого растворяются в здешнем воздухе, унося каждого гостя в совершенно особенный мир. Когда гуляешь по этим аллеям и рощам, невольно думаешь о тех людях, чья судьба сложилась столь драматично, однако созданное ими чудо по-прежнему гордо хранит величие молчания.
В тишине интерьеров:
Вестибюль дворца и сегодня поражает своим величием: черно-белый мраморный пол, коринфские колонны и золоченые люстры словно замерли в ожидании гостей. Особое внимание привлекают изумрудные изразцовые печи. Изображенные на каждой из них животные — олень, волк, медведь — переносят дух дикой природы прямо из лесов в царские покои, а бильярдный стол со своим зеленым абажуром — немой свидетель тех тихих вечеров, когда жизнь здесь была совсем иной, более величественной.
Каждая деталь, начиная с массивных деревянных панелей и заканчивая уникальными предметами, создает ощущение, будто время просто сделало паузу. Эти пространства хранят тепло, грусть и эстетику той эпохи, которая в сегодняшнем стремительном мире выглядит совершенно чужой и волшебной.
Этот дворец был не просто местом для летнего отдыха. Здесь пахло изысканным парфюмом, шуршали шелковые платья дам, звучала классическая музыка, а на верандах велись долгие интеллектуальные беседы об истории, искусстве и судьбах империи. Николай Михайлович, человек образованный, историк и меценат, превратил Ликани в настоящий культурный оазис Кавказа.
Но время неумолимо. Шли годы, менялись эпохи, и на смену царским балам пришли суровые ветры перемен. От былого великолепия осталась лишь архитектурная сказка — изящные балконы, резное дерево, старинные камины и паркет, помнящий шаги великих князей. Сегодня, глядя на эти стены, мы словно листаем страницы заброшенного романа: роскошь ушла, уступив место истории, но само место сохранило ту неповторимую, меланхоличную печать царственного прошлого, которую не смогли стереть ни революции, ни десятилетия.
Ступени ведут вверх, разделяя пространство на миры, где время словно останавливается. Вдоль стен, облаченных в благородные охристые и золотистые тона, застыли фигуры римских легионеров — безмолвных стражей былой мощи. Их тяжелые доспехи, шлемы с гребнями и строгие щиты привносят в интерьер дух античной вечности, напоминая о великих империях, которые когда-то диктовали свои законы миру. Эти статуи — не просто декор, а тщательно выверенный акцент, создающий иллюзию того, что за этими дверями вершится история.
Императорская вилла Романовых в Ликани - финал
Марина_Ушакова, Вот и подошло к концу наше гостевание в ликанском уединении — крае, который называют грузинским Баден-Баденом. Здесь, где вершилась история и где в разные годы бывали Романовы, Сталин и многие другие великие люди, довелось побывать и мне вместе с моей семьей. Теперь же я сама стала вашим виртуальным гидом, чтобы еще раз показать вам величие и красоту моей родины.
Остатки царственной роскоши и следы Иосифа Сталина Кресло — подарок иранского шаха Это уникальное кресло, хранящееся во дворце Романовых в Ликани и известное как подарок иранского шаха, является частью богатейшего исторического наследия дворца. Хотя в экскурсионных рассказах оно часто связывается с дарами персидских правителей, само кресло органично вплетается в историю этого места, где позже любил отдыхать и Иосиф Сталин, превративший дворец в свою дачу. Изящная резьба, восточные мотивы и бархатная обивка хранят память о минувших эпохах и дипломатических связях прошлого. Кабинет Романова / Сталина. Камин Этот удивительный кабинет хранит в себе отголоски двух эпох — изысканного вкуса царской семьи и сурового времени, когда здесь отдыхал Иосиф Сталин. Особое внимание привлекает великолепный камин, выполненный в восточном стиле: его изящный купол и резные узоры словно переносят в сказочный восточный дворец. Рядом с ним располагается уютная тахта, покрытая традиционным ковром с богатым узором и украшенная круглыми валиками, приглашающая согреться у живого огня и прикоснуться к живой истории этого легендарного места.
Здесь, у этого белоснежного камина, кажется, до сих пор витает тихий шепот ушедших столетий, объединяющий великолепие императорской России и строгую тень советской эпохи.
Лев Толстой писал о своем отце: «Он любил музыку, певал, аккомпанируя себе на фортепьяно, романсы приятеля своего А…».
Под буквой «А» скрывается Александр Алябьев.

А. А. Алябьев. Литография Ф. Бартольди по рисунку Г. П. Гельмерсена. 1834
Юный чиновник 14-го класса
Александр Александрович Алябьев родился 15 августа 1787 в Тобольске, в дворянской семье. Его отец Александр Васильевич Алябьев был тамошним губернатором.
Некогда сибирская столица, центр колонизации Сибири Тобольск к этому времени был в основном известен своей тюрьмой.

Алекандр Васильевич Алябьев – отец композитора, президент Берг-коллегии, губернатор, сенатор, главный директор Межевой канцелярии; действительный тайный советник
Впрочем, в девятилетнем возрасте мальчик стал столичным жителем – Александр Васильевич получает назначение в Санкт-Петербург, в Горное ведомство.
Уже тогда Алябьев-сын серьезно увлекался музыкой, его преподавателем был дирижер оркестра столичного Немецкого театра Иоганн Генрих Миллер. Впрочем, о карьере профессионального музыканта речь не шла. В семье это казалось несерьезным.
Домашние концерты ради развлечения всячески приветствовались – собственно благодаря им Алябьев-младший и стал в результате композитором. Но не более того.
Юноша направился по пути отца, и в 1801 году, несмотря на возраст, поступил на службу все в то же Горное ведомство, унтер-шихтмейстером. Чин незавидный, соответствует самому нижнему, 14-му классу табели о рангах.
В 1803 году Александр переводится уже в московское Горное ведомство, и в том же низшем чине.
А помимо службы, он активно пишет музыку. И в 1810 году выходит его первый сборник – вальсы и романсы. О карьере профессионального музыканта-сочинителя говорить пока что не приходится.
Отважный рубака
В 1812 году Александр Алябьев пошел добровольцем на фронт. Его командир – легендарный партизан Денис Давыдов.
Александр Александрович был ранен под Дрезденом, сражался под Лейпцигом, брал Париж. Был награжден орденами. Алябьев – герой.
|
К роману Льва Толстого «Анна Каренина», любимому не только российскими, но и зарубежными читателями, кинематографисты из самых разных стран обращались — и обращаются — с завидной регулярностью.
Первая экранизация книги вышла за полгода до смерти самого Толстого — в 1910 году в Германской империи. Немая кинолента до наших дней, к сожалению, не сохранилась.
Одновременно с немецкими кинематографистами над «Анной Карениной» работал и отечественный режиссер Морис Мэтр. Об этой картине, которая также была безвозвратно утрачена, известно немногое: Анну сыграла актриса по фамилии Сорочтина, а молодого графа Вронского — Николай Васильев.

Мария Германова в художественном фильме Владимира Гардина «Анна Каренина» (1914)
Нрав «верблюда» оказался строптивым, но наши летчики его сумели укротить

Фото: предоставлено автором
15 сентября 1956 года стал выполнять регулярные перевозки пассажиров на внутренних линиях СССР Ту-104 (по классификации НАТО — Camel, «верблюд»), первый советский гражданский самолёт на реактивной тяге, и второй в мире серийный, после британского De Havilland Comet.
Впрочем, целых два года после этого он был единственным эксплуатировавшимся реактивным пассажирским самолетом в мире из-за прекращения полётов английской машины, пока на трассы не вышел американский Boeing 707. А тот памятный первый рейс борта СССР-Л5415 с 50 пассажирами состоялся по маршруту Внуково — Омск-Центральный — Иркутск.
Его выполнил экипаж во главе с Евгением Барабашом и Константином Сапелкиным. До Омска самолет летел 3 часа 10 минут, из Омска в Иркутск 4 часа. 22 сентября Ту-104 начал летать из Москвы в Тбилиси.