Его личная жизнь складывалась бурно. Он был женат 2 раза и имел как минимум 2 фавориток-француженок: Жозефину Фридрихс (в русском дворянстве – Ульяну Михайловну Александрову) и актрису Клару-Анну де Лоран (в православии – Анну Петровну Голицыну).

Первая родила сына – Павла Александрова, вторая – дочь и сына: Констанцию и Константина Константинова. Все трое были внебрачными отпрысками цесаревича. Как сложились их судьбы?

Незаметный первенец

Однако это не более, чем домысел. Константин Павлович обожал мальчика и относился к нему, как любящий отец. Малыш был назван в честь покойного деда – императора Павла I. Фамилию Александров он получил в честь Александра I, который присутствовал при его крещении.

В 1812 году, то есть в 4 годика, Павел был произведен в дворяне и записан юнкером в Конный полк. Великий князь души не чаял в своем первенце.

«Поцелуйте Павлика от меня и скажите ему, что нет на дню такой минуты, когда бы я не думал о нем и о его доброй прекрасной матери, которую я люблю всем сердцем», – писал он своему лейб-медику Линдстрему, который следил за здоровьем малыша.

В это время молодой художник Семён Фёдорович Щедрин возвращается из Европы, где впитывал традиции классицизма и идеи Просвещения. Вооружённый новым взглядом на красоту природы, он берётся за кисть, чтобы запечатлеть великолепие российских парков. Так начинается история русского пейзажа, и её главный герой - это Семён Щедрин.

Семён Фёдорович Щедрин появился на свет 6 (17) апреля 1745 года в Санкт‑Петербурге. Он родился в семье солдата лейб‑гвардейского Преображенского полка - это обстоятельство во многом предопределило первые шаги в его образовании и дальнейшей судьбе.

Начальное обучение Семён Фёдорович, по всей видимости, прошёл в особой структуре при полку преображенско‑полковой "счётной комиссии для обучения письма". Подобные учреждения нередко выполняли роль начальных школ для детей военнослужащих, здесь обучали основам грамоты, счёта и делопроизводства, навыкам, полезным и в военной, и в гражданской службе.

И при этом десять лет не мог отпустить женщину, которая, по свидетельствам современников, испытывала к нему отвращение. Почему?

Москва конца XVII века жила по законам Домостроя. Женщины сидели в теремах, бояре носили тяжёлые шубы, а само слово «немецкий» звучало почти как ругательство.

Но в нескольких верстах от Кремля, на берегу ручья Кукуй, кипела совсем другая жизнь.

Немецкая слобода — островок Европы посреди старой Руси.

Здесь говорили по-голландски и по-немецки, женщины носили платья с декольте, мужчины брили бороды. В местных «аустериях» — трактирах на европейский манер — гремела музыка и велись вольные разговоры.

Для молодого Петра, задыхавшегося в атмосфере кремлёвских интриг, эта слобода стала настоящим окном в другой мир. Задолго до основания Петербурга он нашёл здесь ту Европу, к которой тянулась его деятельная натура.

Примерно в 1672 году в этом мире родилась девочка, которой было суждено на целое десятилетие завладеть сердцем великого реформатора.

Анна-Маргрета фон Монсон.

 

В России её будут звать просто — Анна Монс.