Моя новая картина. Писала на загрунтованном картоне маслом. Размеры 21х15 см. Размеры в раме 25х19 см.
Картина дышит покоем - тем особым, умиротворяющим спокойствием, которое бывает только на берегу южного моря, когда день уже не жаркий, но ещё не вечерний. Бирюзовые волны мягко плещутся на песчаный берег. Их оттенок - густой, изумрудный, с бирюзовым проблеском на гребнях - завораживает и убаюкивает.
|
[показать] |
«Тени из прошлого» и Ева Смирнова.
«Тени из прошлого» и Ева Смирнова.
Актриса Ева Смирнова представила анимационный проект «Тени из прошлого», в котором выступила продюсером, автором идеи и актрисой озвучивания.

В эксклюзивном интервью МУЗ-ТВ она рассказала о работе над мультфильмом, создании собственной супергеройской вселенной, сотрудничестве с Филиппом Бледным, работе в тандеме с мамой, а также поделилась мнением об использовании искусственного интеллекта в кино.
— Не шумите!
— А разве мы шумели?
Ну Андрюша стучал еле-еле
Молотком по железной трубе.
Я тихонько играл на губе...
Восемь пятых размер соблюдая,
Таня хлопала дверью сарая.

Конечно, Баратынский схематичен.
Бесстильность Фета всякому видна.
Блок по-немецки втайне педантичен.
У Анненского в трауре весна.
Я к ночным облакам за окном присмотрюсь…
Я к ночным облакам за окном присмотрюсь,
Отодвинув суровую штору.
Был я счастлив – и смерти боялся.
Боюсь И сейчас, но не так, как в ту пору.
Умереть – это значит шуметь на ветру
Вместе с кленом, глядящим понуро.
Умереть – это значит попасть ко двору
То ли Ричарда, то ли Артура.
Эти вечные счеты, расчеты, долги…
Эти вечные счеты, расчеты, долги
И подсчеты, подсчеты.
Испещренные цифрами черновики.
Наши гении, мученики, должники.
Жизнь чужую прожив до конца,
Умерев в девятнадцатом веке,
Смертный пот вытирая с лица,
Вижу мельницы, избы, телеги.
Озирая потемки,
расправляя рукой
с узелками тесемки
на подушке сырой,
рядом с лампочкой синей
не засну в полутьме
на дорожной перине,
на казенном клейме.
– Ты, дорожные знаки подносящий к плечу,
я сегодня во мраке, как твой ангел, лечу.
К моему изголовью подступают кусты.
Помоги мне!
В одной из улочек Москвы,
Засыпанной метелью,
Мы наклонялись, как волхвы,
Над детской колыбелью.
И что-то, словно ореол,
Поблескивало тускло,
Покуда ставились на стол
Бутылки и закуска.
Он встал в ленинградской квартире…
Он встал в ленинградской квартире,
Расправив среди тишины
Шесть крыл, из которых четыре,
Я знаю, ему не нужны.
Вдруг сделалось пусто и звонко,
Как будто нам отперли зал. –
Смотри, ты разбудишь ребенка! —
Я чудному гостю сказал.
Вот если бы легкие ночи,
Веселость, здоровье детей…
Но кажется, нет средь пророчеств
Таких несерьезных статей.
Советы для здоровья | Блог нутрициолога
Заметили странную вещь? В автобусе кашляют, в офисе покашливают, дома кто-то то и дело хмыкает.
И у вас самих – это противное, щекочущее ощущение, будто туда насыпали песка. Сглотнуть не получается, откашляться – тоже. Першит. И так у всех.
Что за напасть такая приключилась?
Давайте разберемся спокойно, без паники. Я не буду вас пугать медицинскими страшилками или заставлять пить тонны антибиотиков.
Расскажу, почему прямо сейчас – в разгар осени и подступающей зимы – полстраны ходит с таким чувством, будто горло наждачкой почистили.
Поскольку скульптор не снимал
С ее лица посмертной маски,
Лба крутизну, щеки провал
Ты должен сам предать огласке.
Такой на ней был грозный свет
И губы мертвые так сжаты,
Что понял я: прощенья нет!
Отмщенье всем, кто виноваты.
Велосипедные прогулки!
Шмели и пекло на проселке.
И солнце, яркое на втулке,
Подслеповатое – на елке.
И свист, и скрип, и скрежетанье
Из всех кустов, со всех травинок,
Колес приятное мельканье
И блеск от крылышек и спинок.
Какой высокий зной палящий!
Как этот полдень долго длится!
И свет, и мгла, и тени в чаще,
И даль, и не с кем поделиться.
Есть наслаждение дорогой
Еще в том смысле, самом узком,
Что связан с пылью, и морокой,
И каждым склоном, каждым спуском.