Только б на каждую ноту хватило голоса,
только б на каждое чудо хватило мужества!
Сделай меня не странным, а струнным, Господи,
чтобы из меня получалась музыка:
пусть же я буду виолончеловек,
каждой живою струной продолжаясь вверх,
стержнем, как шпилем, в землю твою упираясь.
Дай мне звучать для тебя через боль и радость,
чтоб получался свет.
Быть деревянным игрушечным дурачком,
чтобы меня обнимал Ты, терзал смычком,
прямо, как говорится, по фибрам, нервам.
Так я звучу. И голос становится небом,
из меня извлечён
Я люблю одиночествоВарфоломей_С
:
17-11-2026 17:17
«Я люблю одиночество!»
«Я люблю одиночество!»
В этом крике — души нагота.
Одиночество любят от боли,
но от радости — никогда.
Тишину одиночество дарит,
избавляющую от обид.
Одиночество не ударит,
Одиночество не оскорбит.
Одиночество понимает,
как мужчина не сможет понять.
Одиночество обнимает,
как мужчина не сможет обнять.
Но на голые нервы надето
платье —
всё в раскаленных крючках!
«Я люблю одиночество!»
это
«Мне не больно!» —
под пыткой кричать.
А ведь больно,
так
Господи, больно,
что прижать бы к себе хоть кого,
Одиночество любят тем больше,
чем сильней ненавидят его.
Прокричать ненавистный
подстрочник, застрявший в груди:
«Я люблю одиночество!»
«Я люблю одиночество!» —
А потом прошептать перевод,
беззащитное: «Не уходи!»
Oднaжды ты пеpестaешь сyетиться и чтo-тο кoму-тο дοкaзывaть, смoтpишь с улыбкοй нa oкpужaющий миp co всеми егo безумиями, не спешишь нpaвиться людям, не спешишь paздaвaть сοветы и кοгο-либο судить или спaсaть, пеpeстaешь οтвечaть нa звοнки людей, кοтοpые дaвнο не вοсхищaют и не интеpесуют, бoльше смοтpишь нa небο, чем нa тο, ктο чем зaнят и кaк живет, вспοминaешь тο, чтο вдοхнοвляет вне зaвисимοсти οт οбстοятельств, не извиняешься, не пοясняешь, не спοpишь, не тpaтишь вpемя нa неинтеpеснοе и вpеменнοе, и οбнapуживaешь невеpοятнοе спοкοйствие и мнοжествο вeщей, кοтοpые не зaмечaл paньше в пοгοне зa тем, чтοбы пοдхοдить пοд чьи-тο пpедстaвления или сοοтветствοвaть чьим-тο οжидaниям. Уют внутpи - дοpοже чем любые сοблaзны вpеменнοгο удoвοльствия. Дοpοже, чем любые вpеменные люди и вpеменные вещи. Все, чтο тебе нpaвится - этο личнοе, a личнοе - пpинaдлежит тοлькο тοму челοвеку, кοтοpοгο ты видишь в зеpкaле. Остaльнοе - пустые дοмыслы и дοгaдки тех, ктο пытaется видеть в тебе чтο-либο инοе. Ты - лyчший себе единοмышленник в тοм, кaк в этοм безумнοм миpе быть сοбοй и быть счaстливым.
Чeловeк, который обвиняeт в своих проблeмах других, никогда нe станeт хозяином своeй судьбы. Тот, кто обвиняeт в своих нeудачах лишь сeбя, изводит сeбя понапрасну — eсть много вeщeй в этом мирe нeподвластных нашeму контролю. Вмeсто того, чтобы судить, кто виноват, ищи рeшeния проблeм, извлeкай из нeудач полeзный опыт и нe повторяй совeршeнных ошибок. Дурак обвиняeт других, умный обвиняeт сeбя, мудрый жe нe обвиняeт никого.
Милости нового утра, 17 ноября, Пол ТриппZinaida_Khugashvili
:
17-11-2026 09:45
Проблема греха не в плохом поведении, а гораздо глубже, поэтому попытки изменить своё поведение к лучшему — это не выход. Спасти нас может лишь благодать, меняющая сердце.
Есть большая разница между человеком, который, разочаровавшись в себе, пытается стать лучше, и тем, кого сокрушение ведет к искреннему исповеданию. Я думаю, мы часто путаем два этих состояния. Первый верит в свои силы и возможность самостоятельно изменить себя, в то время как второй перестал уповать на свою праведность и начал взывать о помощи. Первый, проснувшись утром, говорит себе, что сегодня будет вести себя гораздо лучше. Второй же начинает свой день с мольбы о благодати. Первый стремится изменить своё испорченное поведение, второй признаёт испорченность своего сердца. Первый считает, что у него есть силы, чтобы измениться, а второй знает, что для победы в битве ему нужна помощь со стороны. Первый верит в возможность преобразить себя самостоятельно. Второй же отказался от надежды на себя и потому обращается за помощью к Богу.
Самонадеянная уверенность в собственной способности измениться и идущее вслед за ней самобичевание прямо противоположны искреннему исповеданию и следующему за ним покаянию. Люди, которые признают свою ошибку, а затем тут же принимаются строить планы по её исправлению, неосознанно отрицают Евангелие Иисуса Христа, говорящее об их природе, о реальных изменениях и о том, где искать помощь. Они упускают или игнорируют момент исповедания перед Богом, когда вы признаётесь не только в том, что совершили грех, но также в том, что не в силах самостоятельно от него избавиться. Истинное исповедание всегда заключает в себе признание греха и мольбу о помощи. Тогда сердце, ободрённое прощением и близостью Иисуса, начинает стремиться жить лучше — это и есть покаяние.
Человек, который самонадеянно признаётся в своих проступках, убеждает себя, что он может стать лучше, затем предается самобичеванию, чтобы успокоить свою совесть и вновь увериться в своих силах впредь поступать лучше. Но хотя он и признает свои грехи, в его сожалении не видно никакой связи с Богом. Я хочу сказать, что этот человек не исповедуется пред Богом, не признаёт своей отчаянной нужды в спасении и не кается, находясь в благодарном поклонении Творцу. Подобный метод решения проблемы греха, проходящий под лозунгом «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», можно встретить в церкви гораздо чаще, чем кажется. Но к долгосрочным изменениям он привести не способен. Он никогда не приведёт сердце к смирению, которое может защитить его и сохранить от греха в будущем. Этот метод не побуждает к дальнейшему поклонению и служению Спасителю. Он попросту не работает. Если бы у вас была возможность изменить себя без Божьей помощи, в приходе Иисуса Христа на землю не было бы никакой необходимости. Вся суть Евангелия заключается в том, что люди безнадёжно опутаны грехом и не имеют никакой надежды, кроме спасительной благодати Искупителя. Когда сегодня ваш грех снова даст о себе знать, какой путь вы выберете?
Для дальнейшего изучения и ободрения:
Луки 15:1-10
Я узнаю тебя. По шрамам, которые кроме меня никому не видны, ведь они прямо в твоем сердце. По морщинкам - считаю карту и путь, что привел тебя ко мне, и найду сотню схожих с моими дорог. По улыбке, освещающей твое лицо, словно солнце, неожиданно выглянувшее из-за туч в хмурый осенний день. По глазам, направленным в мою душу, словно два прожектора, не для того, чтобы выявить недостатки, а лишь для того, чтобы лучше понять меня. Я узнаю тебя, а ты узнаешь меня - сразу и безошибочно. Я скажу себе: «Этого человека я хочу полюбить, этот человек может полюбить меня». И так будет. В нужный день, час, минуту, в нужном месте - все звезды сойдутся для того, чтобы мы обрели друг друга. Потому что мы друг у другу всегда были, просто забыли об этом, а теперь вспомнили. Я узнаю тебя…
Мудрый человек не стремится что-либо менять.
Мудрые становятся тихими.
Они терпеливы.
Они работают над собой.
Они наблюдают свои мысли, действия, наблюдают, как они злятся, как находятся в депрессии, как ревнуют или завидуют...
Шаг за шагом они осознают: «Это не я. Это гипноз, это ложь».
Они не реагируют на обстоятельства. Насколько они не реагируют на обстоятельства, настолько становятся свободными.
Им больше не важно, что делает кто - нибудь другой.
Они ни с кем себя не сравнивают.
Они ни с кем не соревнуются.
Они просто наблюдают себя.
Они просто рассматривают себя.
Они видят путаницу в уме.
Они не бегают повсюду с криками: «Я — абсолютная Реальность. Я — Бог. Я — Сознание».
Наоборот, они видят, где они находятся и оставляют всех в покое...
И чего ты не знаешь об осени, интересно?
Что знаком до последней дрожи облезлый куст?
Что холодную ржавую сырость крутого замеса
предсказал ещё поздний сентябрь-златоуст?
Да и то не вчера, и пора бы уже привыкнуть.
Хомо сапиенс, как ни крути, человек-чудак.
Ну и что тебя мучит по осени, горемыка,
что не так?
Но за тонкие хвостики ловишь памяти блики.
А улов… Что улов? Иван-чая в полях огни,
теплоходик на Волге, июньские земляники,
голоса, голоса – и баюкают, и безлики.
И так сладко, так больно, прощально...
Спаси. Сохрани.