Пейзажи степи в районе реки Аргунь в автономном районе Внутренняя Монголия выглядят невероятно живописно . Под голубым небом и белыми облаками здесь можно увидеть зеленую траву, раскинувшуюся как ковер, голубые реки и озера, стада лошадей и коров, умиротворенно пасущихся на пастбищах и гармонично дополняющих величественные пейзажи дикой природы.

(Фото: CFP)

В городе Цзуньи провинции Гуйчжоу водопад Чишуй набрал мощь. Потоки срываются со скалистых утёсов — и туристы съезжаются сюда, чтобы застать это зрелище, сделать кадры и просто остыть в брызгах. Высота водопада — 76 метров, ширина — 80. Это самый крупный водопад в бассейне Янцзы и самый большой среди водопадов на рельефе Данься в мире. С июня по август здесь — пик сезона: вода идёт стеной, и зрелище по-настоящему захватывает.

(Фото: CFP).

После того, что случилось, я поняла, что Вэлдрина и Ислен нельзя оставлять без охраны. Да, понимаю, звучит... странно. Принц, дракон, капитан, который способен одним взглядом кровь застыть в венах... Но именно поэтому за ним и нужно присматривать. После такой свадьбы это не обсуждается. Пусть он самая страшная тень всего дворца, он может сколько угодно изображать, что контролирует ситуацию — кому-то надо следить, чтобы он не решил снова...

[700x700]

Я привыкла к тревоге: той тонкой нити под кожей, которая натягивается раньше, чем разум успевает понять причину. Вэлдрин жив, Исилен рядом с ним, охрана выставлена, распоряжения отданы. Формально всё сделано правильно. А на деле я понимала: этой ночью принца нельзя оставлять без присмотра. Он сильный. Опасный. Упрямый до такой степени, что иногда хочется приложить его чем-нибудь тяжелым исключительно в воспитательных целях. Но я вернулась не для того, чтобы сидеть в стороне сложа ручки, а уж после сегодняшнего вечера тем более не собираюсь отходить далеко. Для меня он все еще тот, кого нельзя бросить одного среди интриг и чужих улыбок. Особенно теперь. Я привыкла не доверять спокойствию, особенно, дворцовому.

Но... Выяснилось, что у дверей его покоев собрался стоять не ядовитый придворный и не убийца с кинжалом, а... Мирадор. Собственной персоной... Как будто больше некому охранять двери, через которые итак комар не пролетит... Я почему-то... не хотела, чтоб он всю ночь изображал памятник возле покоев Вэла, и если оставлю его у дверей, то он ведь действительно простоит до утра.

Я забрала его с собой. Не надо делать такие глаза. Я предложила ему комнату и отдых. Только это. Иногда такое приглашение означает ровно то, что означает: человеку предлагают не торчать в коридоре, когда вокруг и так достаточно упрямых идиотов. Ром, разговор, немного колкостей — ничего особенного. Совершенно ничего. Я, наверное, сама... хотела общества после всего. Хоть какого-то. Совсем не так, как он наверняка успел себе представить, пусть его серебряная самоуверенность не слишком разгоняется. И... Он был... удивительно сдержан. Неожиданно для... дракона.

Мы, конечно, подкалывали друг друга. И спорили. Я несколько раз пожалела, что решилась на эту авантюру. Потом был ром. Разговор. Песня... И странное спокойствие, пришедшее не сразу, но все же пришедшее. Мирадор почему-то... не вызывал желания немедленно выставить его за дверь. Точнее, вызывал, но не так сильно, как... это бывало обычно. Он не переступал черту. Не пытался взять больше, чем ему позволили. А еще слушал. По-настоящему слушал. Он оказался неожиданно приятным собеседником. Сдержанным. Внимательным. И даже, чтоб ему пусто было, деликатным. Странно признавать, но его общество меня не раздражало, мне не хотелось, чтобы он ушел. Вообще всё происходило без нажима, и это... сбивает с толку.

Пожалуй, это самая странная часть этой ночи.

Читать на Литмаркет

Читать на Литсовет

Читать на Букривер

Битва на реке Сянцзян стала одним из самых героических и трагических сражений Великого похода Красной армии и важнейшим историческим событием, определившим судьбу китайской революции. В конце 1934 года, чтобы обеспечить переправу через реку Сянцзян главных сил ЦК КПК и Центральной Красной армии и сорвать планы противника по окружению и уничтожению Красной армии к востоку от реки, десятки тысяч красноармейцев отдали свои жизни, окрасив кровью реку Сянцзян и вписав героическую страницу в историю китайской революции.

На местах сражений на реке Сянцзян в уездах Гуаньян, Синъань и Цюаньчжоу городского округа Гуйлинь Гуанси-Чжуанского автономного района подвиги и имена павших героев сохраняются в памяти людей и увековечиваются в самых разных формах. Воды Сянцзяна продолжают свой бег, а дух Великого похода передается из поколения в поколение. Под руководством Коммунистической партии Китая народ страны самоотверженно трудится – горные селения северной части Гуанси претерпели поистине огромные перемены.