Вчера днем, от нечего делать пошел и долго гулял сначала по дилижансной дороге в сторону Орджо, а потом, передумал и спустился по крутому склону в Двуякорную бухту.
Бухта ориентрована на юго-запад и поэтому северо-восточный ветер, который дул у нас с утра - в бухту не доставал. В связи с этим решил прямо на месте заебенить себе залихвацкое селфи на фоне моря, синего безбрежного неба и пары тройки беспилотных фиксаций в нем, чтобы увековечить себя для будущего. Одновременно подумал, что будущее не имеет такой реальности какой обладают воспроизводимое прошлое и воспринимаемое настоящее; будущее - всего лишь фигура речи и фантом мысли. Но насчет того, чтобы заебенить не передумал, хотя раньше никогда такого не делал.
К тому же я еще и искупался, а искупавшись сказал себе, паре охреневших от вида голого мужика чаек и черному баклану вслух, что всем нам нужно выплескивать чувства наружу.. Очень плохо, если мы перестанем это делать. Иначе чувства будут накапливаться и затвердевать внутри. А потом портиться и умирать. А это вредно для сердца. Зато, когда выплеснешь - наоборот, по контрапозиции - на сердце станет чики-пики, несмотря на повсеместный лютый пиздец снаружи.
Вощем взял я в свои умелые руки Canon EOS M5 с объективом EF-M 18-150mm. Точнее взял правой рукой - она у меня подлиннее чем левая, направил объектив на себя и придавил гашетку в спортивном режиме. Чак-чак-чак-чак-чак-чак...
Печальный итог фотосессии таков, - судя по получающимся световым картинам, я могу убивать взглядом на любом расстоянии без всяких подручных средств. Добра, участия и всепоглощающей любви к ближнему в нем ровно столько, что хватило бы на беспощадные голодомор с геноцидом основной части населения земного шара, кроме Агапыча и некоторых прекрасных дев.
Если же я пытался весело улыбнуться в объектив, то у нашей дорогой редакции незамедлительно делалось лицо блаженново идиота. То есть снова палево.
Неутешительные выводы из вчерашнего психоэтического спекулятивного перформанса напрашиваются сами собой:
- не играть мне в покер, короче,
- а если идти в артисты, то толька в пьесу Пелевина, на роль какого-нить безжалосново диктатора, вожака пассионариев и бога диких племен Сибири. Потому что как не крути, а логически получается, что мы, современные крипто-герои эпохи позднего процветания рождаемся не как живые люди из тела матери, а как цифровые образы из одной ситуации, фразы, артефакта, метафоры, из сочетания нулей и едениц в прошитом пулями процессоре искусственного интеллекта.
И камень надо мной, философски говоря, зарыдал бы от такого фотоискусства.
А в конце вышеозначенной пьесы, по замыслу автора, моего диктатора ранит наотмаш в голову ядерной бомбой террорист-смертник и потом его, раненого, но живого ловят в прибрежном лесу, судят всемирным судом, приговаривают к изгнанию, сажают на корабль и, в конце пути, высаживают на необитаемом острове с кремниевым ружьем, фотоаппаратом Canon EOS M5 с объективом EF-M 18-150mm и квадратным футом пороха.
И вот здесь, на острове, наконец, ценою неимоверных усилий, он создает светлое общество народного счастья. Общества где все дети рождаются голубоглазыми блондинами, а мужики уходят на пенсию в двадцать лет. А еще он напишет там свою бессмертную книгу-бестселлер... Ну... ту самую, вы знаете, читали, знаменитую, которая начинается известными всем нам со школьной скамьи словами:
- Давние тогда были времена, традиционные, на скрепах - Земля плоская, Солнце и Луна гвоздями к небу прибиты и во всём остальном без фанатизма...
Читать далее...