[700x391]
До того как Калипада лично встретил Рамакришну, его семейная жизнь представляла собой непрекращающуюся драму. Калипада кутил в калькуттских театрах, пропадал у куртизанок, сорил огромными деньгами и неделями не появлялся дома. Доведенная до отчаяния его супруга, Вишнуприянгини Деви, тайком отправилась в Дакшинешвар, чтобы просить благословения у почитаемого святого.
Она упала в ноги Рамакришне, рыдая и умоляя вернуть мужа в семью. Рамакришна внимательно выслушал ее, утешил и неожиданно спокойно произнес:
«Не плачь, дочь моя. Твой муж — не чужой мне человек. Он принадлежит мне, и настанет день, когда он сам придет сюда и станет совершенно другим».
Спустя некоторое время драматург Гириш Чандра Гхош, давний собутыльник Калипады, уговорил его съездить в Дакшинешвар «взглянуть на сумасшедшего брахмана». Войдя в комнату Рамакришны, он без обиняков бросил вызов:
«Говорят, вы творите чудеса и всё можете. А можете вы дать мне такое вино, чтобы я напился один раз и был пьян всю жизнь, не страдая от похмелья и головной боли?»
Рамакришна не возмутился и не стал читать мораль. Он улыбнулся и ответил:
«Конечно, могу. У меня есть вино божественной любви. Кто пьет моё вино — опьяняются Богом, их ум становится кристально ясным, а сердце наполняется вечной радостью. Покажи мне свой язык!»
Калипада опешил, но язык высунул. Рамакришна кончиком пальца начертил на его языке священный слог (биджа-мантру). Позже Калипада вспоминал, что в этот момент по его телу словно прошел электрический разряд, цинизм мгновенно испарился, а из глаз полились слезы раскаяния.
В кругу утонченных учеников Рамакришны Калипада выделялся внушительной комплекцией, командным басом и взрывным темпераментом. Рамакришна ласково называл его «мой Данав» (данав — мифический гигант или демон), ценя в нем бесстрашие кшатрия.
На шумных улицах Калькутты кучера экипажей часто ругались, дрались за клиентов или вели себя грубо. Когда Рамакришна куда-то ехал, Калипада садился на козлы рядом с извозчиком или шел впереди кареты. Достаточно было одного его тяжелого взгляда и грозного окрика, чтобы уличные задиры моментально уступали дорогу.
Когда Рамакришна посещал театр «Star Theatre», чтобы посмотреть пьесу «Чайтанья Лила», толпа зевак и экзальтированных поклонников бросалась к карете святого. Калипада вставал в дверях, словно живой таран, оттесняя людей руками и обеспечивая Учителю безопасный проход в зрительный зал.
Калипада занимал высокий пост в респектабельной британской торговой компании John Dickinson & Co.. В колониальной Индии конца XIX века служащие-индийцы панически боялись демонстрировать свои религиозные обычаи перед английским начальством, опасаясь насмешек или увольнения.
Калипада поступил прямо противоположным образом: прямо над своим рабочим столом в роскошном офисе он повесил большую фотографию Шри Рамакришны в рамке, украшенную свежей гирляндой из живых цветов.
Однажды английский управляющий компанией зашел в кабинет Калипады и, заметив необычный портрет, спросил с британской чопорностью:
— Мистер Гхош, чье это изображение висит у вас за спиной?
Калипада встал во весь свой внушительный рост и твердо ответил:
— Это мой Гуру, сэр. Он для меня — живой Бог во плоти.
Англичанин был настолько поражен искренностью, открытостью и полным отсутствием подобострастия у своего подчиненного, что молча кивнул и с тех пор относился к религиозным чувствам Калипады с неизменным уважением.
Освободившись от алкоголизма, Калипада направил свою бурную творческую энергию в русло поэзии и музыки. Он сочинил множество проникновенных духовных гимнов и песен, посвященных Богине Кали и Рамакришне. Некоторые из его песен вошли в золотой фонд бенгальских бхаджанов и до сих пор исполняются монахами миссии Рамакришны во время праздничных служб.
Когда в 1905 году Калипада умирал от тяжелой болезни, его окружали близкие и монахи монастыря Белурматх. Перед самым последним вздохом его лицо озарилось улыбкой, он указал рукой в пространство комнаты и тихо произнес: «Вот идет Учитель... Он пришел за
Читать далее...