Смотрю сейчас передачу, посвящённую памяти Юрия Яковлева. Ну, понятно, что все рассказывают, какой он был замечательный, добрый, талантливый – другого как-то и не ожидается пр и воспоминаниях о таком прекрасном артисте.

Но вот что мне заметилось: чуть ли не каждый второй рассказ о его работе в театре или кино (а там, к счастью, в основном говорят именно о творчестве, а не о личной жизни!) – это просто пощёчина (пусть и неосознанная) большей части современного кинематографа. Когда рассказывают, как какую-либо сцену снимали три съёмочных дня – и не потому, что плохо работали, а потому что хотели добиться лучшего результата; когда рассказывают, как Пырьев (у него Яковлев играл князя Мышкина в "Идиоте") проигрывал с актёрами каждую сцену; когда вспоминают, как Яковлев в работе над ролью исписывал книгу пометками, примечаниями и ремарками; когда делятся случаем, как он, увидев впечатливший его случай на улице, пришёл и предложил режиссёру переснять уже готовую сцену, потому что наконец нашёл, как её играть... Когда сравниваешь с тем, как сейчас пекут фильмы, когда видишь фальшивую, неубедительную, неумелую игру...

Нет, я не говорю, что сейчас вообще никто из режиссёров не работает с актёрами, что сами актёры не обдумывают роли. Наверняка это где-то есть. Но, увы, не в массовых масштабах. В массе же я вижу шаблонные сценарии, растиражированные ходы, очень примитивную игру, неглубокие характеры. Сейчас съёмки гонят вперёд – какие там дубли, какая работа над образом, когда надо как можно скорее выдать продукт, а там уже пипл схавает. В некоторых сериалах, как мне довелось узнать, даже сценарий не пишется – только обозначается общее содержание сцены, а всё остальное отдаётся на импровизацию актёров (не знаю, насколько можно доверять этой информации, правда, – но когда видишь некоторые сцены, в это очень даже верится).

И ладно бы это только моё злопыхательство говорило. Так ведь это все повторяли – и молодые, и старые работники кино: сейчас так не будут делать, сейчас так не станут работать. И как это обидно – ведь делали же, ведь работали. Могли же!

Настроение сейчас - разнообразновское