Настроение сейчас - больно, грустно, одиноко

Ничего не хочу.
Ни-че-го. Надоело абсолютно все.
Наверное, нужно немного эмоционально отдохнуть.
Но сейчас хочется взять и резко перевернуть все с ног на голову. Хочется достать юбки и пиджаки, косметику и каблуки. Хочется выбросить диктофон и отучиться вечно носить с собой ноут. Хочется отдать фотоаппарат и просто уйти. Куда? Не знаю. Но далеко. Чтобы не вернуться.
Странное циклично повторяющееся желание уйти от самой себя. От всего того, что представляет мое "Я".
В последнее время я не знаю, чего я хочу. Зачем и для чего.
А иногда хочется соответствовать своему идеалу. И бегом бежать от джинс, кроссовок, работы и всей этой сумасшедшести, без которой меня не представляют.
- Чудо...
- К сожалению. Когда перья не того цвета, да еще и топорщятся, бывает трудновато...

А мне уже и просто надоело. Мне на-до-е-ло доказывать, что я права. Мне надоело все время показывать, что существуют разные пути. Мне надоело сталкиваться с этой тупостью и костностью мышления. Когда люди не хотят смотреть. Не хотят видеть. Говорить. Думать. Вообще ничего не хотят, разве что жить под одеялом.

Главное - немного потерпеть. Пройдет. Отпустит.
И уйдет это безумное желание взять ножницы и смахнуть волосы под ноль. И уйдет это желание подарить фотоаппарат неизвестному на улице.
Обязательно пройдет. И я вновь буду искать интересные ракурсы. Вновь буду брать в руки неподъемный для многих рюкзак, забитый техникой. Вновь забросы, огни и походы.
Но сейчас мне хочется быть не сорви-головой и не сумасшедшим журналистом. Сейчас мне хочется быть хрупкой девушкой.
Но... привычка. Я не умею прятаться за широкую спину. Я не умею просить помощи. И я просто не умею быть хрупкой.
Самостоятельность...Взрослость... Знали бы вы, сколько я бы отдала, чтобы вновь почувствовать себя маленькой. Наверное, это малодушно. Но иногда мне безумно хочется забыть об ответственности. О том, что я уже не ребенок. Хочется дурачиться и веселиться. Только вот... уже не получается. За последнее время я сильно повзрослела. Чувствовала себя на шестнадцать. А сейчас уже больше родных двадцати.
И так хочется свернуться прижаться всем телом, спрятаться от этого сложного взрослого беспокойного мира. Так хочется услышать "Все будет хорошо". Так хочется плакать...
Только вот, уже не получится. Мозг тут же дает ответ, почему не "все" и почему "будет хорошо" - проблемно. А попытки спрятаться вызывают к жизни внутреннего циника, который дает пинок и заставляется собраться и подобрать сопли.

"Мне досталась модель оптического девайса,
Что вживляешь в зрачок – и видишь, что впереди.
Я душа молодого выскочки-самозванца,
Что приходит на суд нагая, с дырой в груди,
«нет, не надо все снова, Господи, Господиии».
Бог дает ей другое тело – мол, одевайся,
Подбирай свои сопли и уходи."