ну я ж говорила -талант. подумаешь статья за вечер, ты еще и не такое могешь))) я в этом уверена, так что побалуй себя воткой с чистой совестью

А возможно где нить вашу статейку прочитать, маэстро?

Литр фруктового кефира уже выхлебан!

Не, не надо статью читать. Я с младых ногтей усвоил, что плохо это - путать свою шерсть с государственной. То, что делается из-под палки, целой стоеросовой дубины, и наоборот - то, что от души, в охотку и со вкусом.

И вообще, наш хрестоматийный анекдот: сидит на кухне у Томашевского дружная комания филологов, выпускающих словарь языка Пушкина - ну, Виноградов там, Ларин и прочие. Жена Томашевского разливает чаек по фарфоровым кружкам, подносит Виноградову вазочку с вареньем - угощайтесь, мол, Владимир Владимирович! И тут кто-то из академиков не выдерживает: чай в голову ударяет. С молодецким задором вскакивает со стула: товарищи! А давайте каждый из нас расскажет, за что он любит Пушкина! Вот вы, например, Владимир Владимирович! Виноградов берет вазочку, не торопясь, маленькой серебряной ложечкой, зачерпывает немного варенья, кладет в чай и, звякнув ложечкой о край блюдца, удивленно-удивленно говорит (а прищур-то ленинский!): "Почему вы думаете, что я Пушкина люблю? Я его вовсе не люблю. Вот Достоевский - это да. А Пушкиным я - занимаюсь".
Т, как говорится, чк.

pro kogo stat'ya-to?

Густав! Густавович!! Ш-ш-ш-шпет!!!
И прочая Потебня.

Исходное сообщение Цехерит
Густав! Густавович!! Ш-ш-ш-шпет!!!
И прочая Потебня.

xm! ob'yasnil! ne znakoma s etim milym 4elovekom!

Привет) Стихи и водка...нет лучше водка и стихи, это более лучшее сочетние) и тогда все проблемы мира выливаются в эпосы)

Вот, Ци, рекомендую!

Ну, если вкратце, то в начале ХХ века был, как известно, подъем культуры, символисты-футуристы, туда-сюда. Литература в те годы развивалась так, что открытий хватило на все безнадежные в художественном плане довоенные годы советской власти. Но, к сожалению, я не знаю ни одного гиганта (поэта ли, прозаика), на плечах которого не уместилась бы куча карликов, кричавших, взявшись за руки, что они тоже, что они ого-го-го… В Серебряном веке таких карликов было предостаточно. Густав Густавович – один из них.
Какой-нибудь Сюннерберг-Эрберг (одна морда чего стоит!), Эмилий Метнер, тот же Шпет – все они (да, немцы. Тенденция? Сумрачный германский гений?) не написали за свою жизнь ни одного хорошего стихотворения, ни одной строчки достойной прозы – нет, они были философами! Бедные карлики, как Репетилов, шумели, шумели, пытаясь понять, а вот почему так классно пишет Блок (Гете, Мандельштам…), пытали бедных – живых и мертвых – писателей – и искренне считали, что их пространные и грешащие даже стилем (о мысли речи нет) «труды» и есть настоящий Серебряный век. Читать все это очень грустно, а временами (как в случае с тем же Сюннербергом и его воспоминаниями) – так и просто противно.
Конкретно же Густав Густавович, всю жизнь ненавидевший Ахматову, которая дерзила ему в гимназии (мы немножко преподавали), сначала стал знатным феноменологом, потом перекинулся на язык, перепевая Гумбольдта и того же Потебню, и, наконец, заделался «философом культуры», но это уже совсем страшно. Немножко редактировал, немножко академствовал, пока в тридцатых не был расстрелян. Честно говоря, слезы не проливаются, уж, как говорится, пардон.
Нынче всех этих гениев районного масштаба переоткрыли, восхитились – вот она, Россия, которую мы потеряли! – и носятся с ними, как курица с писаной торбой. Кстати, есть у меня одно маленькое святое убеждение – все философы (ладно, за вычетом Ницше и еще пары-тройки Сартров) не что иное, как Густавы Густавовичи. Евнухи от культуры, так сказать.

nikto ego ne lyubit, ne jaleet, ne pri4esyvaet...xotya poslednee s nim, vidimo, postoyanno proizvodyat, vdol' i poperek!
da ladno tebe, ego uj net davno...pust' jivet, to est' budet, to est' byl, t'fu ty! v obwem, eksistiruet!
:-)