Так что не спрашивай, дорогой читатель, по ком звонит последний звонок…

Ну вот, ага, теперь ты можешь увенчать свою главу венцом бессмертия: тебе об этом все сказали, да и сам ведь чувствуешь, всеми фибрррами ощущаешь. Демоны мои! В одно утро здать эгзамен (право, а я ведь перед такими мероприятиями когда-то волновался) и проводить детей, воспитанников, выкормышей (нет, это не нужно) в предпоследний путь – последний будет на выпускном. Ну чего тебе опять надо, почему не прыгаешь до небес (в смысле – до потолка), чего сидишь и ноешь, а, мой светлый? Если пропадает аппетит, то искать его нужно, как известно, под кроватью, тыкая палочкой. А если восторг?.. Такая вот турецкая задача.
О детях. У них типа была метафора (не, хорошо сделано, не спорю): каждый класс – космический корабль, уходящий в Рассеяние. Конечно, Рассеяние ты добавил уже от себя, фотонолеты на сцене постоянно (ну чистый Рабле!) превращались то в парусники, то в авиалайнеры – хреново у нас с НФ, но это уж culpa никак не mea. Короче, выходит какая-то родительница (боюсь я таких, очкастых да длинных), «типа ура», решает метафору раскрыть, образ, понимаешь, развернуть: «По-разному летают люди, с разной скоростью, с разной дальностью…» Никто ничего, все заливисто аплодируют, один я под стулом (хорошо хоть не на самом виду, а в уголке – оттуда, как известно, кругозор шире). Так что кручу теперь на спинжаке дырку для значка «Знатный артиллерист».
А вообще, грустно, вероятно, быть ракетой. Лететь, чтобы упасть – разве что с треском и блеском, все утешение.
Мы управляемы, как ракеты,
И, как ракеты, устремлены.

Чего нам как раз и не хватает. Устремленности. Ох, у некоторых двуногих перья все-таки растут (а мне летать охота!..), пробивается пушок, а я совсем-совсем человек – и ногти прямые, длинные.
Ах да, про детей. Еще они хором пели песню «Земля в иллюминаторе». Слезу из тебя, конечно, не вышибло (не дождетесь!), но на стуле как-то поровнее сесть захотелось, да глаза прикрыть, чтоб не очень сверкали. Его так просто заманить: спойте при нем громким хором что-нибудь этакое, эскапистское, чтоб земля от гула ракетных кораблей задрожала, и пришлось приставить руку к глазам, когда над головой на бреющем полете проносится эскадрилья Белых звезд. Спойте ему, он даже не будет заливать уши воском.