[показать]
Событие это вызывало ажиотаж хотя бы только потому, что певцы были приглашены почти все заграничные, состав интернациональный.

Беатрис Урья-Монзон (меццо-сопрано, Франция)
Джулиан Гэвин (тенор, Австралия)
Натали Манфрино (сопрано, Франция)
Симоне Альбергини (бас-баритон, Италия)
Дирижёр — Плетнев Михаил

Опера шла в концертном исполнении, однако нашлось место и для режиссёра и даже художника по свету. Видимо было справедливо решено, что даже Кармен высидеть в концертном исполнении невозможно тем, кто отдал за билет 5 000 рублей. Для них видимо и были устроены на сцене некие телодвижения, похожие более не на концертное исполнение оперы, а клоунскую пантомиму, или утренник в школе, где всех декораций стул, стол и прилежные, но бездарные ученики, изображающие что-то этакое. Когда певцы в костюмах и вечерних платьях начинают изображать из себя солдат и контрабандистов, то вся серьёзность мероприятия сходит на нет. Но увы - даже здесь отдали должное тупой гламурной публике, которая конечно не приемлет оперы без действия на сцене. В самом деле - не слушать же как поют?
За пультом стоял Плетнёв - мне, честно говоря, везёт на Кармен - на премьере в Большом дирижировал Темирканов, вчера вот Плетнёв... Честно говоря Темиркановская трактовка мне как-то ближе. Кармен у Плетнёва получилась слишком академична. Иногда это было интересно, иногда - элементарно скучно. Но в целом - на высоком профуровне - это точно. Надо отметить и хор, который звучал слаженно и культурно. Этого не могу сказать про солистов.
Урья-Монзон - Кармен - начала с совершенно блёкло исполненной Хабанеры. Сразу стало понятно, что голос у певицы неинтересный, неровный, противный и стёртый на верхах. Низов там вообще нет - на низах идёт декломация и какой-то рёв. Сегидилья была исполнена просто на грани провала. Как будто пела студентка музыкального училища. Особого вживания в роль я тоже как-то не почувствовал. После Крастевой возможно) Одним словом - такого у нас полно - можно было и не приглашать.
Джулиан Гэвин - Хозе. Оставил двоякое впечатление - с одной стороны свободный верх, голос на хорошей опоре, льётся в зал, чувство стиля, тембр такой настоящий спинтовый, прямо рождён петь Хозе. Но всё это практически перечёркивается тем, что у певца до странности противный голос. Какой-то бабий, как у бабки в деревне... А в финальной сцене имело место и явное переигрывание. Гэвин топал ножкой, как даун и припадал на одно колено.
Симоне Альбергини - Эскамильо - певец очевидно хорошей выучки, но голос совершенно неинтересный, без низов, зато тоже кстати, верха брал свободно... Но тембр мне просто показался откровенно неприятным. Да и голос не очень большой...
Про Микаэлу нечего писать - серость какая-то.
Но публика встречала очень тепло - видимо по прежнему узнаёт куплеты Эскамильо и Хабанеру.)
Ну, и Плетнёв, конечно, молодец большой.