Вчера ходил на Онегина: в первую очередь послушать дебют Ладюка - его пение произвело приятное впечатление ещё на сборном концерте в Стасике, а не далее, как в четверг я слушал его в Паяцах в Новой опере в партии Сильвио. У него очень приятный, мягкий лирический баритон - хотя голос не очень большой и сильный. Итак, мне представилась возможность ещё раз с момента премьеры в сентябре 2006, мой отчёт о которой можно прочитать здесь, увидеть это скучное и глупое зрелище. Я тогда думал, что врядли когда-нибудь на это сподоблюсь: режиссура Чернякова пытается слепо копировать западный модернизм совершенно его не переосмысливая. Плюс к этому совершеннейшая ненавитсь к первоисточнику, либретто и музыке Чайковского. Всё извращено до невозможности: я вчера лишний раз в этом убедился. Половину действа я просто сидел откинувшись в кресле, не глядя на сцену, благо сидел я почти под нулевым углом к сцене слева - до антракта со студентами, которые как и я пришли за 20 рублей, а после антракта все спустились в партер, а я не стал - во-первых, нечего там смотреть из партера, а слышно мне и наверху хорошо было, а во-вторых, не люблю я бегать с места на место.
Купил я билет около 18 - правда к этому времени все студенческие были почти раскуплены - я предпоследний взял, купил и отправился к фонтанчикам читать. Я бы наверное об этом и не стал писать, но уж очень приятно было посидеть на солнышке у фонтана в центре Москвы и почитать книгу. Почитав с полчаса, я отправился на свидание с "прекрасным" и прекрасным. Первое - режиссура Чернякова, второе - музыка Чайковского и роман Пушкина.
Итак о солистах, ибо больше говорить здесь не о чем:
Щербаченко спела Татьяну очень даже неплохо. Не могу сказать, что прям великолепно - ибо голос у неё какой-то необъёмный что-ли, но мне в целом понравилось, и даже сцена письма понравилась.
Шулаков (Ленский) Временами неплохо, даже пианиссимо пытался выдать, но в целом блеял как козлик и страшно верещал на верхах.
Василий Ладюк. Ну, что же. Если не считать того, что он перпутал слова в финальной фразе, выдав "О, смерть... Тоска... Иду искать тебя...", то его дебют можно считать удачным. Вобще, давно не получал такого удовольствия от пения бариотона - "Когда бы жизнь домашним кругом я ограничить захотел..." спел отлично - а вот в финале так засуетился, что упал и выронил пистолет, и зачем-то направил его на Татьяну, хотя должен был на себя - получилось смешно - будто он её хочет пристрелить. Это даже для Чернякова круто. Ну, и в конце "О, смерть... (пауза) ТоскА... Иду искать тебя..." - это просто перл... Но это ж ерунда - с кем не бывает? Волнение и всё такое. Я думаю он сделает отличную карьеру на Западе...
[700x525]
Это Онегин-Ладюк не может найти себе место на корпоративе банкира Гремина.

Вобще меня удивляет, как этот спектакль приняли на вооружение: там столько несуразностей. Вот только несколько:
Вместо "Теперь сходитесь" на дуэли звучит "Теперь входите" и в комнату, где собираются стреляться Онегин с Ленским вваливается толпа гостей.
Совершенно не ясен статус гостей в начале, которые сидят за столом и для которых Татьяна с Ольгой поют "Слыхали ль вы..." Почему они поют народные песни? И говорят Лариной "здравствуй, матушка?" Зачем вообще вся эта сцена, когда все жрут за столом в начале? Звучит такая лирическая музыка и все жрут и пьют. Глупость!
Онегин как бы случайно ранит Ленского в борьбе за ружьё на столе, т.е. несчастный случай - а потом в шестой картине как ни в чём не бывало поёт "Убив на поединке друга". Дуэль происходит в доме, Зарецкий спит на диване, просыпается и поёт: "Ну, что же кажется противник ваш не явился..." А куда он должен был явится? Если они решили стреляться здесь, то и Онегин никуда не должен был уезжать. Или он в туалет покакать вышел? "Куда, Куда вы удалились весны моей златые дни" Ленский поёт прямо в присутствии каких-то гостей или прислуги - хотя очевидно, что этого не могло быть.
Я уже не говорю про такие мелочи, что куплеты Трике поёт Ленский, ползая на четвереньках, как Ришар и том, что весь спектакль "дворяне" ржут, как кони...
Черняков пытается навязать героям Пушкина и Чайковского какую-то свою модель поведения, современную - то, что ему ближе: братки в малиновых пиджаках, олигархи, вечеринки в пафосных клубах: мир больших понтов одним словом, а герои эти всячески этому сопротивляются. Им вполне уютно в первой трети XIX века - им хорошо без вип-вечеринок и других атрибутов жизни элиты века XXI-ого. Поэтому и наносит режиссёр удар по тексту, извращая его (отсюда и берутся эти "теперь входите") и по образу поведения героев того времени, заставляя их делать всё, чтобы зритель убедился, что перед ним не Ленский, а какой-то обдолбанный нарокман, не Гремин, а криминальный авторитет, вор в законе. Но единственное, что даже Чернякову не модернизировать - это музыка. Она совершенно зачастую не вяжется с происходящим на сцене по духу и по смыслу...


[700x525]