[482x368]
Всё. Я фанат Анджея Вайды. Недавно я восхищался его последним фильмом "Катынь", а вчера в ночи посмотрел Дантона. Это нечто - фильм 2:10, но я реально не почувствовал этого времени - там что ни фраза, то афоризм. Депардье вообще великолепен - а я-то думал, что он может только носы лбом ломать. Польский актёр, игравший Робеспьера гений как минимум. Он просто прожил роль. А я, когда начинал смотреть боялся, что такую сложную роль будет тяжело реализовать...
Все революции одинаковы - я смотрел и изумлялся (изумляюсь каждый раз, когда обращаюсь к Великой французской революции) насколько события тех лет похожи на нашу революцию. Для революции нет ничего опасней углубления революции - для неё нет угрозы справа - есть только угроза слева. Робеспьер и есть главный контрреволюционер, как собственно и Сталин у нас. Поэтому многим бывшим соратникам, не одобрявшим террор, пришлось погибнуть. У нас Сталин рассправился с ленинской гвардией - Бухариным, Рыковым, Каменевым, Зиновьевым. Великая мысль этого фильма - что борясь с одной тиранией, Робеспьер создал ещё более жуткую в интересах якобы народа. Но народ-то, как прекрасно говорил ему Дантон, не хочет террора - он хочет спокойной жизни. Я много думаю, слушаю нашего Петра Петровича - и я кажется додумался до самой сердцевины его мировоззрения, которое очень схоже с робеспьеровским. Суть его в том, что есть некая истина, некая правда, которую они знают. И революция всего лишь способ достижения власти, чтобы реализовать на деле свою концепцию. Но дальше реализация этой концепции не имеет с революцией ничего общего - мало того, чтобы реализовать её нужна диктатура - пролетариата, хочется добавить - но ясно, что это всего лишь слова - никакой пролетариат даже рядом не стоял там. Наоборот, рабочие были самым угнетаемым классом в СССР. Те, кто не согласен жить в "лучшем обществе" должны умереть. Волей-неволей вспоминаешь Вольтера: "Я с вами не согласен, но я готов отдать жизнь за ваше право высказывать своё мнение". Этого и не хватает всем левым экстримистам и коммунистам. Они считают, что знают истину. А когда ты знаешь истину, уже ничего не имеет значения - революция становится символом, фетишем, а целью становится диктатура и контрреволюция по сталинскому или робеспьеровскому образцу.