[218x150]
Любопытный материал, на мой взгляд. Прочитал с интересом.



4-10 февраля 2008 № 6

Версии о том, что случилось в тот злополучный октябрьский вечер, у Михаила Борхерта и его жены Веры разнятся. Точно одно: в какой-то момент Михаил собрал вещи их 9-летнего сына Вовы - одежду, тетрадки, игрушки - и уехал с ним к своей матери. Михаил уверен, что спас мальчику жизнь. Вера говорит, что он его похитил. Михаил утверждает, что забрать сына его вынудила агрессия жены: она, мол, весь вечер третировала Вовочку, орала на него, а потом и вовсе ударила головой об стол. Вера всё отрицает - клевета. Михаил судорожно сжимает в руке единственное доказательство своей правоты - справку из больницы, где утром у ребенка зафиксировали сотрясение мозга. Вера отмахивается: уголовное дело не возбуждено, а суд, которому вскоре предстоит определить, с кем из разводящихся родителей останется Вова, несомненно, примет ее сторону. Так в России было всегда - она ведь мать.


Еще пару лет назад Вера действительно могла не волноваться. Согласно Семейному кодексу, родители имеют равные права на ребенка, но на деле детей отнимали только у матерей-алкоголичек, наркоманок и проституток. «А я ни к тем, ни к другим, слава богу, не отношусь», - говорит женщина. Но Михаил уверен, что теперь ситуация, пусть и не совсем, но изменилась: ознакомившись с результатами судебных слушаний последних двух лет, он наткнулся на тысячи решений в пользу отцов, изъявивших желание воспитывать детей в одиночку. Точной статистики пока никто не ведет, но, по оценкам российской правозащитной организации «Отцы и дети», в 2007 г. суды в 8–15% случаев (в зависимости от региона) при разводе оставляли несовершеннолетних детей с папами. В 2000 г. этот показатель составлял всего 2–3%. На высоком уровне об этой тенденции впервые заговорили в конце ноября прошлого года на круглом столе «Материнский и семейный капитал» в Государственной думе: цифры и тогда озвучены не были, но эксперты сошлись во мнении, что «усатых мам» становится всё больше.

«Это еще не массовое явление, не перелом, но тренд налицо, - говорит Владимир Нелюбин, начальник отдела защиты прав детей аппарата Уполномоченного по правам человека России. - В своей работе я часто, ознакомившись с решением суда, заключением органов опеки, психиатров, психологов и врачей, прихожу к выводу, что отец мог бы гораздо больше дать ребенку, лучше воспитать и поддержать его, чем иная мать. Но советский стереотип “ребенку нужна мать” так быстро не переломить».

По данным «Отцов и детей», в России более 300 000 неполных «отцовских» семей. Из них примерно 40% - после развода. Российские родители-одиночки даже начали объединяться по половому признаку: в 2007 г. региональные Ассоциации одиноких отцов появились в Брянске, Волгограде, Новосибирске, Иркутске и Якутске. Недавно департамент по социальной политике Иркутской области объявил о том, что 14 марта станет в регионе Днем отца, и уже в этом году на празднование будут приглашены более 2000 отцов-одиночек области. В декабре открылась «Школа одиноких отцов» на базе Центра помощи семье и детям Благовещенска; в первую группу сразу же записались 26 мужчин. Ее создатели берут пример с мурманского «Агентства одиноких отцов», на курсах которого уже побывали 120 человек. «У нас на учете состоит более 500 неполных “отцовских” семей, и это только те, о которых нам известно. Мужчины часто уверены, что справятся со всем сами, и не хотят просить о помощи, - рассказывает психолог агентства Любовь Кононенко. - Отцы терпеть не могут собирать справки, по инстанциям всяким бегать. Мы им помогаем в оформлении документов, поддерживаем при записи детей в сад и школу, находим нянь и репетиторов». На самих курсах отцам в первую очередь указывают на их права и возможности.

Адвокат Георгий Тюрин, президент «Отцов и детей», надеется, что уже скоро свои права и возможности будут знать все мужчины, словосочетание «отец-одиночка» перестанет резать слух, и суды в 30% случаев будут принимать сторону пап. На большее он пока не надеется. «Не надо строить иллюзий, более чем половине разводящихся мужей дети и не нужны вовсе, - говорит Тюрин. - Их вполне устраивает роль “воскресного” папы. Поиграл с ребенком, сводил его в зоопарк, купил мороженое - и всё, отцовский долг выполнен на неделю. Но есть и другие». Социальный портрет «других», по его словам, таков: образованный, неплохо зарабатывающий, непьющий мужчина 30–40 лет, горожанин без жилищных проблем.

41-летний Михаил Борхерт, замдиректора строительной фирмы из подмосковного Лыткарино, под такое описание вполне подходит. Квартиры собственной разве что нет. Но он и рад, что живет с Вовочкой у своей матери. Бабушка пусть и не мать, но в бытовом плане с ней легче. Михаил и Вера прожили в браке почти 20 лет. Первые шесть лет после родов Вера сидела с Вовой дома, а потом, как только мальчик пошел в школу, по словам Михаила, «ушла в загул». Воспитанием ребенка не занималась, времени с ним почти не проводила и раздражалась по мелочам. «Я не понимаю, зачем ей теперь Вова. Она его из школы-то забрала всего пару-тройку раз, а один раз и вовсе забыла, - вспоминает Михаил. - Мальчик несколько часов простоял на морозе, пока меня учительница с работы не вызвала». Он уверен, что справится с воспитанием сына, и сетует на несправедливую по отношению к отцам судебную практику: «Вроде и соседи, и учителя на моей стороне, но я уже четыре месяца бегаю по инстанциям и службам разным, собираю справки. Приходится доказывать всем, что я не верблюд».

Психологи говорят, что утверждение «с мамой ребенку всегда лучше» - миф. Конечно, лучше с обоими родителями, но если уж не получается, то ребенка стоит оставить с тем родителем, который до развода им больше занимался и у которого в будущем будет такая возможность, уверена психолог Люси Микаэлян, сотрудник Института практической психологии и психоанализа, директор консультационной фирмы FamilyPoint. «Всё чаще получается так, что эту роль выполняют именно мужчины», - говорит она. По словам психолога, российские мужчины стали более сознательно относиться к отцовству и готовы активнее добиваться равноправия в вопросе воспитания потомства. «Часто говорят что, мол, отцы не вовлечены в воспитание детей, но им ведь и права такого никто не давал, - продолжает Микаэлян. - Завоеванное женщинами равенство полов в других сферах приводит к тому, что и мужчины посягают на некоторые традиционно женские прерогативы. Если жены управляют государствами и служат в армии, то почему бы мужьям не попытаться оставить за собой право на радость отцовства». По ее словам, как раз сейчас мы наблюдаем переход от консервативной модели семьи - отец зарабатывает, мать воспитывает - к более современным компромиссным формам: неслучайно именно в тех странах, где женщины добились больше всего, самый большой процент отцов-одиночек. В Скандинавии дети после развода в 30% случаев остаются с отцами. Во Франции - в 22%, в США - в 20%, в Австралии - в 19%.

Вера объясняет, что мало занималась Вовой в последние годы, так как вышла на работу, к тому же «в этом возрасте ему с папой интереснее - машины, компьютер, стройка». После того как муж «похитил» сына, она мальчику почти не звонила и из школы не забирала, чтобы «не дергать». Михаил уверен, что сыну без матери живется неплохо, мол, у него и психика окрепла, и оценки в школе улучшились. А когда мать звонит, он в другую комнату убегает. Вера же убеждена, что отец настраивает сына против нее. В прошлый вторник она все-таки приходила к нему в школу, и мальчик признался, что хочет жить с папой. «“Он хороший, а ты злая”. Так и сказал, - возмущается Вера. - Это всё потому, что Михаил его балует. Я Вову овощами и мясом кормила, ребенку витамины и жиры нужны. А они там одними макаронами, пельменями и пиццами питаются. Конечно, Вове веселее, но для его здоровья хуже».

В суде Михаила будет представлять Георгий Тюрин из «Отцов и детей». Когда-то, еще в советские годы, он был одним из первых отцов, изъявивших желание после развода оставить ребенка у себя. Тогда Тюрин потерпел поражение, и вот уже более 20 лет помогает попавшим в подобную ситуацию мужчинам. Правда, специалисты по таким делам - большая редкость, на всех желающих не хватает. Так что отцы координируют свои усилия в интернете, где есть специальные комьюнити для пап, «работающих мамами». Многие находят информацию и поддержку на обычных «семейных» порталах. Причем сочувствуют им как «коллеги», так и мамы. Игорь, отец шестилетней Наташи, на форуме 7ya.ru рассказал свою историю: супруга через два месяца после рождения ребенка нарастила ногти и увеличила грудь, ребенком не интересовалась, приходила домой поздно. Всем - от кормления до стирки - занимался сам Игорь. «Суд уже идет три месяца. Родные и знакомые на моей стороне, а жена столько грязи напридумывала, - пишет он. - Но я буду бороться за счастливую жизнь моей девочки, не способна моя жена дать нормальное полноценное воспитание моей дочери».

Михаил Борхерт из Лыткарино тоже настроен воинственно: «Я готов биться до конца». А может быть, биться и не придется: глядишь, судья смотрела популярный сейчас телесериал «Папины дочки» и знает, что разведенный мужчина и с пятью девочками справиться в состоянии.