В тихой истерике есть какая-то невероятная радость. Только что я испытал счастье человека, специально наступившего со всего размаха в клумбу с цветами, которые растил очень долго. Чувство это удивительное по своей целительности для души, истерзанной сомнениями и долгой рефлексией.