Мало замеченной в мировых СМИ, но достаточно широко освещённой в Германии прошла на минувшей неделе новость о пресс-конференции, которую организовал и провёл Гюнтер Лубиц, отец пилота Germanwings, намеренно, по итогам расследования, направившего самолёт в землю 24 марта 2015 года. Тогда, напомню, погибло 150 человек. Среди них группа школьников и несколько оперных певцов Дюссельдорфской оперы.
Отец пилота на пресс-конференции, на которую, кстати, не допустили родственников погибших, предъявил общественности некий отчёт одного авиаэксперта, «опровергающий» выводы комиссии по расследованию авиакатастрофы над Альпами. Дата была выбрана специально — двухлетняя годовщина трагедии. Сделано это было несмотря на крайне негативную реакцию родных и близких погибших в той катастрофе.
Какие же аргументы предъявил граду и миру Гюнтер Лубиц?
Да никакие! Типичная галиматья, которую выдают на-гора любители теорий заговора. Андреас, дескать, от депрессии излечился, а его доброе имя изваляли в грязи подлые медиа. Отчёт следователей не в хронологическом порядке. Пара несостыковок. А главное — одна бабка сказала, что в небе в тот день была страшная турбулентность... Вот тут-то собака порылась! И всё в таком духе...
Типично для теории заговора, что её сторонники, вместо того, чтобы опровергать основные аргументы официальной версии, находят какой-нибудь 126-й по важности пункт и начинают его мурыжить. И тень там неправильно падает, и то не так, и это сомнительно. Тем самым должно как бы возникнуть сомнение и в остальных 125 пунктах.
Тут всё ясно. Я хотел бы о другом.
Я часто упоминаю в историческом контексте синдром сына Чикатило — это когда голова отказывается принять факт преступления совершённого твоей страной. Будь то холокост или катынский расстрел. Преступления вермахта на оккупированных территориях или убийства мирных жителей в сотнях локальных конфликтов нашего века. ССЧ — универсальный механизм. Случай Гюнтера Лубица иллюстрирует его как нельзя лучше.