Когда в последних кадрах суеверный цыган Забит с бухты-барахты решает чесать через поле, невольно задаёшься вопросом. А что, собсно, это было? Трагикомедия? Некий штамп, скрывающий невозможность подобрать более подходящее определение для картины "Время цыган". Вроде как есть и смешное, ещё больше грустного, ну, значит, трагикомедия. На самом же деле полный жанровый винегрет, набор измов и чужих эстетик — явный сигнал, что форма вторична, а главное именно содержание. На выходе — эстетика своя, своё блюдо приправленное особым центрально-европейским колоритом дрессингом.
Цыгане — благодатная тема. Старый романтический топос — кусок архаики в самом центре Европы. И во всякие серали и к кублаханам подаваться не нужно. Ныне же кольцо вкруг оазиса архаики стремительно сжалось и продолжает сжиматься что петля на шее Перхана, решившего повеситься следуя по стопам романтических героев. Впрочем это ещё вопрос кто за кем следовал. Кольцо это — не выковырянная из носа метафора. Всё проще — цепь сараевских высоток на горизонте недвусмысленно нависает над цыганским поселением. Жизнь же их — мельтешение на крошечном пятачке. Даже жилище не солидно, того и гляди улетит. Всё существование без всяких полутонов. Прямой диалог с Богом. Игра ва-банк. Полный успех или полное поражение. С какой удивительной чёткостью выведен в фильме этот максималистский императив! В любви, вражде, радости и горе одни лишь контрасты, как любимый индюк Перхана, оказавшийся в супе. Архаика прёт через бабушку, наделённую ещё и целительными способностями. Она отречётся от внука, когда того вырвет из привычного мира силою любви к больной сестре и желанием заработать капитал для женитьбы. В банде Ахмета, куда попадает Перхан сохранить архаичную невинность, конечно, не удаётся. Снующие по площади на фоне величественного миланского собора рабы, Перхан тренькающий на пианино свою домашнюю аккордеонную мелодию ныне в доме, куда он залез воровать — всё это иллюстрирует бездомность цыган там, где места для них нет. Как ни пытался Перхан скопировать позу мужчины с рекламного плаката - весь этот мир не их, а их — стремительно распадается. Их дом улетает, сгорает. Их дом лишь, чтобы в нём повеситься, а время их давно прошло. Перхану остаётся только мечтать о новом складном доме для себя и своей невесты — обещание построить для него дом Ахмет и выполнять не собирался. Цыганство в данном контексте вовсе не клеймо национальности — думаю, что метафора шире и охватывает в более широком плане традиционный уклад под прессом глобализации. Ведь Перхан цыган лишь наполовину, его отец — словенский солдат. Ахмет же, судя по всему босниец, во всяком случае мусульманин. Нечто естественное, нашему рационалистскому восприятию, нашим просветительским мозгам чуждое, но естественное, непосредственное, почти руссоистское существование улетучивается, гниёт, охвачено чудовищной гангреной. Запад, как когда-то индейцам Южной Америки, принёс им свои недуги, только вызвавшие в этом микрокосмосе развращение стократно большее. Неспособный в начале фильма зарезать индюка, Перхан режет брата Ахмета с лёгкостью, с которой даже индюков не режут и если поначалу ложки и вилки взглядом он двигает, чтобы позабавить любимую девушку (к слову, как целомудренно, как славно показана в картине эта любовь!), то в финале направляет разящую вилку в ненавистного Ахмета. Наконец, вернувшись из командировки, он не признаёт зачатого им же самим ребёнка, свой род. Вырождение, оно же заражение. И как показательно, что в него вовлечены оказываются даже ещё не родившиеся дети! Торговля детьми тут явственно метафора торговли будущим. Впрочем как и невозможность собрать деньги на операцию сестре Перхана в люблянской больнице.
Почему Перхан не остался в поезде? Почему, пройдя уже так далеко по пути саморастления, выкинув из жизни любимую жену, он не вернулся с новообретёнными сестрой и сыном на орбиту бабушки? Гравитация жанра! Ведь месть в списке ключевых слов, когда речь заходит о цыганах. Свадьбы, похороны — пики людского бытия, они же точки контраста. Эти качели носятся туда сюда со страшной скоростью — ещё вчера ненавидимый до чёртиков дядя получает из Италии карманный телевизор! Контрастный душ, не иначе...
Какой же в итоге "Время цыган" фильм — про- или антицыганский? С одной стороны, Кустурица эксплуатирует старый образ цыгана-вора, конокрада, шельмы. Неглубокий зритель увидит разве что подтверждёнными все свои предрассудки. С другой стороны, показал ли кто искры летящие от столкновения архаики и модерна с такой безжалостной и горькой точностью?
[700x470]


Великое кино - серия заметок о 120-ти классических фильмах:

Abschied von gestern (Прощание со вчерашним днём. Реж. Александр Клуге, ФРГ 1966)
À bout de soufle (На последнем дыхании. Реж. Ж-Л.Годар, Франция 1960)
8½ (Восемь с половиной. Реж. Ф. Феллини, Италия 1963)
Ai no corrida "L'empire des sens" (Империя чувств. Реж.Н. Осима, Япония-Франция 1976)
Un chien andalou (Андалузский пёс. Реж. Л. Бунюэль, Франция 1929)
El angel exterminador (Ангел-истребитель. Реж. Л. Бунюэль, Мексика 1962)
Angst essen Seele auf (Страх съедает душу. Реж. Р. В. Фассбиндер, Германия 1974)
Apocalypse now (Апокалипсис сегодня. Реж. Ф. Ф. Коппола, США 1979)
L'ascenseur pour l'echafaud (Лифт на эшафот. Реж. Л. Маль, Франция 1958)
The apartement (Квартира. Реж. Б. Уайлдер, США 1960)
The big sleep (Глубокий сон. Реж. Г. Хоукс, США 1946)
The birds (Птицы. Реж. А. Хичкок, США 1963)
Berlin. Die Sinfonie der Großstadt (Берлин - Симфония большого города. Реж. В. Руттман, Германия 1927)
The birth of a nation (Рождение нации. Реж. Д. У. Гриффит, США 1915)
Blade runner (Бегущий по лезвию. Реж. Р. Скотт, США 1982)
Der blaue Engel (Голубой ангел. Реж. Д. фон Штернберг, Германия 1930)
Blue velvet (Синий бархат. Реж. Д. Линч, США 1986)
Die Blechtrommel (Жестяной барабан. Реж. Ф. Шлёндорф, Германия, Франция, Польша, Югославия 1976)
Броненосец "Потёмкин" Реж. С. Эйзенштейн, СССР 1925
Bonnie and Clyde (Бонни и Клайд. Реж. Артур Пенн, США 1967)
Breaking the waves (Рассекая волны. Реж. Л. фон Триер, Дания 1996)
Blow up (Фотоувеличение. Реж. М. Антониони, Италия, Великобритания, США 1966)
Das Cabinet des Dr. Caligari (Кабинет доктора Калигари. Реж. Р. Вине, Германия 1920)
Casablanca (Касабланка. Реж. М. Кёртис, США 1942)
Carmen (Кармен. Реж. К. Саура, Испания 1983)
C'era una volta il West (Однажды на Диком Западе. Реж. С. Леоне, Италия,США 1968)
Citizen Kane (Гражданин Кейн. Реж. О. Уэллс, США 1941)
A Clockwork Orange (Заводной апельсин. Реж. С. Кубрик, Великобритания,США 1971)
Dance of the vampires (Танец вампиров. Реж. Р. Полански, Великобритания 1967)
Rebel without a cause (Бунтарь без причины. Реж. Н. Рэй, США 1955)
Down by law (Вне закона. Реж. Д. Джармуш, США 1986)
Дом за вешање(Дом для повешения. Реж. Э. Кустурица, Югославия 1988)
(Продолжение следует...)