Завтра уезжаем на последние 2 месяца во Францию. Немного странно, ведь дел сейчас дома больше. Подготовка квартиры к переезду замрёт до начала июля. Худо-бедно привели гостиную в надлежащий вид. Теперь, благодаря коробкам, она напоминает дерзкую инсталляцию в музее современного искусства. Книги упакованы и любовно перелистаны лично мной. При разборе содержимого шкафов моё внимание упало на вещи давно забытые, но которые по прустовски одним своим видом оживили целые пласты новейшего прошлого, того, что было три-четыре года назад. Только сейчас мне становится понятно сколько труда мне стоило изучить французский параллельно с немецким - журналы, записи с курсов, лекции в университете, самостоятельная работа с учебником, купленным ещё в Москве. Всё это нашлось теперь.
Переезд и радует, и пугает. Квартиру, в которой было столько пережито и с которой связано столько воспоминаний (банально, но факт) покидать очень грустно. А ещё непривычнее думать, что скоро здесь будут совсем чужие люди своим житьём-бытьём наполнять её новыми запахами. И вид из окна прошмыгнёт по зрительному нерву, плюхнувшись в колодец нейронов отличного от моего мозга. Из Москвы уезжать было проще, потому что мы знали, что ещё вернёмся. Все эти четыре года я ворчал, что дескать скорее сматываться из этого города стариков, в котором ничего не происходит в Дрезден, а нынче не нахожу в себе сил думать, что не увижу из окна этих холмов и лужайки, просвета между деревьями у самого горизонта, на которой так славно было смеяться, ища глазами спичечный коробок дома. Когда-нибудь, и очень скоро, я построю себе дом и не буду уезжать из него до самой смерти.