Когда пустой кувшин опускают под воду, воздух выходит из него с громким бульканьем и шумом; но как только кувшин наполняется водой до самых краев, всякий шум прекращается. Так и человек: пока его знания поверхностны, он любит громко спорить и доказывать свою правоту, но когда его сердце действительно наполняется смыслом и радостью, в нем воцаряются мир и тишина.

 

Пока кувшин под водой (в состоянии самадхи), он абсолютно тих и неотделим от водоема. Но когда его достают на берег, чтобы перелить эту воду в другие, пустые сосуды, снова раздаётся звук — но это уже не тот беспокойный гул, что исходил от него, когда он был пуст и только погружался. Это мерное журчание струи, которая наполняет другие чаши.

 

Так и великие души: достигнув безмолвия, они не остаются навсегда в затворе. Они «выходят из воды» — возвращаются к деятельной жизни и снова начинают говорить. Но их голос — это уже не шум споров или гордыни, а голос мудрости, изливающийся в сердца учеников. Они говорят лишь для того, чтобы поделиться избытком благодати, пока каждый не обретёт покой.