[350x451]        Вера прилетела из Туркмении за несколько дней, с огромной душистой дыней. Я жил в маленькой-маленькой комнатке заводского общежития. Сосед по комнате, молодой старлей-военпред Слава Брыткин был в отпуске. Должен был вернуться через несколько дней. Жить в общем-то нам было негде. Вера приехала загорелая, тоненькая - два месяца в Туркмении, в одном из самых отдалённых и жарких районов, рядом с Мары не могли не сказаться - работала с бригадой врачей из Прибалтики по оказанию медицинской помощи в Туркмении. Потом рассказывала, что такого количества тяжело и остро больных детей ещё в своей работе не встречала.
        Должны были приехать только самые близкие - родители Веры из Риги, из Харькова - моя мама и прилететь две Верины бабушки из Душанбе.

        Свидетелями у нас были пожилая супружеская пара -Лариса и Гриша Монзюк. Я с ними познакомился случайно. Надо сказать, что сам я во Львове жил совсем мало, только в начале мая приехав из Риги - не было ещё ни знакомых, ни настоящих друзей. Только эти люди. С Ларисой  познакомился совершенно случайно - в Ровно в купе поезда Рига-Львов зашли новые пассажиры - очень интересная, моложавая, полнеющая дама с сыном-подростком. Разговорились. Каково же было наше удивление, когда вскоре мы выяснили, что её родная сестра живёт в Харькове на улице через два дома от моей мамы и её муж - Толик Кучмий. Ну не было на нашей улице человека, который бы не знал Толика Кучмия! Это ж почти что родственники! Муж Ларисы, Гаричек - крупный, мощный мужчина, лет на 20 старше её, в прошлом был большим начальником на Львовской железной дороге. Вот и все гости.

        Но было так действительно замечательно! Заранее заказал в гостинице ПрикВО на всех номера и небольшой банкетный зал. Конечно, это не была свадьба в общепринятом смысле, с пьяным загулом, танцами, тисканьем по углам и прочими обычными делами.
Но вы бы видели счастливые глаза  бабушек, когда они смотрели на нас, танцующих под музыку "Лаванды..."!

        Бабушек уже нет в живых - Ада Ивановна покоится уже несколько лет здесь, Висмаре, рядом со старшей дочкой и её мужем, Мария Борисовна - в Яффе. А тогда, 19 лет назд, вечером в гостинице, что бы цветы не завяли, несколько букетов роз положили в бачёк унитаза. Это было что-то! Потом гуляли по чудесно-красивому Львову, были в гостях у Ларисы с Гаричеком. Через пару дней родные разъехались. А нам предстояло искать хоть какое-то да жильё, так как Слава Брыткин должен был возвращаться через день из отпуска. Тогда мы ещё были готовы любить Львов, учиться и разговаривать на этом прекрасном украинском языке. Были в восторге от замечательных, душевных, таких хороших людей...


        Потом много чего было - квартира на втором этаже частного дома в Зимних Водах за Львовом у бабушки-переселенки из Польши, Феодоры Андриановны Струк, с колодцем из которого я зимой обливался такой вкусной водой и, конечно, всеми остальными "удобствами" во дворе и субботними поездками в баню на электричке или переполненном 84 автобусе в центр города, на ул. Тургенева. Самые сложные месяцы и первый год с маленьким ребёнком мы провели в этом доме - когда я уезжал в командировку, обязательно гасла печка, отключался свет и заболевала хозяйка Феодора Андриановна одновременно.

        Когда ребёнку было полтора года переехали в маленькую, но отдельную комнату с кухонькой и вечно ржавой водой по утрам и вечерам в ванной в заводской общаге на улице Патона, рядом с заводом и Львовским аэропортом. Напротив дома был какой-то питейный чипок - и подвыпивший народ спешил облегчиться в укромных уголках подъезда нашего дома. Хорошо, что мы жили на пятом этаже - до нас не добегали. Безумная соседка,живущая под нами, стучала по батареям, если сын не дай бог, пробежит босиком по комнате - " дытына довжна у дому тыхо сидыты, а бiгаты - на вулицi"... Ребёнок начал болеть, работа у Веры была чёрти-где - надо было ездить электричкой аж в Судову Вишню - на границу Польшей. Место для врача-неонатолога, имеющего уже серьёзный опыт работу и в Даугавпилсе и в Риге, после окончания ординатуры во Львове найти было невозможно. Конечно, были всякие намёки, что надо заплатить кому надо и всё будет...

        Потом пошла жовто-блакитная волна и смыла остаток видимого порядка и смысла работы на заводе. Началась т.н. престройка - когда заводы выглядили хуже, чем после войны. Народ мешочничал и поездами увозил всё что можно было продать в Польшу, в Прибалтику. Но всё это было потом, а 19 лет назад мы были счастливы.



[600x450]

        Сейчас сын уже на голову выше меня, мамусика называет " маленьким но гефэрлих" (опасная), намекая, что уж если ей что-то действительно не понравится - то держись! Недавно в отпуске в Швейцарии Женька на наших глазах познакомился с девушкой из Торонто - когда-то жила в Киеве. Приехала в отпуск к Бабушке, в Ганновер. Общались то на русском, то на английском, так как Рита немецкого не знала. Всё-таки какие они теперь другие - наши дети!

Vaduz, Liechtenstein
[600x450]


Груши
Дед
Выползово - место в Большой истории
Львов, вспомнилось ...
Смена тарифа!
Не верилось, что ...
Гусь
История через призму личных встреч
Сыну 16!

Blog Stas Stranger :    Ссылки    Цитатник