Есть женщины, или там девушки, у которых такие шеи-шеи.

Длинные, по полметра.

 А у меня просто шея, ничего особенного, и, наверное, поэтому, я люблю большие вырезы, в смысле – декольте.

И когда я сидела в своём окошке приёма объявлений – ну, не в самом, окошке, канешна, а за столом перед окошком, то все взоры невольно устремлялись в вырез моего платья или там кофточки.

Кстати, вспомнила, у меня была такая кофточка…Супер просто. Вроде ничего особенного, тонкий трикотаж, тёмнозелёная и в розах. Розовых розах Светки Соколовой. Вроде по описанию – гадость, да? Но вы просто её не видели, она мне ужасно шла.

Такая вся в обтяг - в обтяг.

Но главное было в другом.

Как только мимо проходил мущщина, верхняя застёгнутая пуговка расстёгивалась сама по себе.

Вот чесное слово. Не вру.

Сама – раз! - и расстёгивалась.

И даже не я первая заметила, мне девочки сказали.

 Они говорят – это как у тебя получается?!

А я не знаю. Правда, не знаю. Только каждый раз одно и то же. Стоит мущщине в мою сторону посмотреть – и пуговка расстегнулась.

Очень эффектно получалось, кстати.

Сидим в столовой, человека четыре, девочки.

Мужик мимо с подносом идёт, головой вертит, где б сесть.

Все перестают есть и смотрят на мою пуговку.

И, сами понимаете, што дальше.

Смеялись много по этому поводу, но объяснения не нашлось.

У меня потом одна девочка выпросила эту блузку. Такие деньги предложила – пальто можно было купить.

Не устояла. Продала.

Но я не об этом. На мне тогда другая кофточка была – тоненький кошемировый свитерок цвета шоколада, с рыжими кудрями моими смотрелся просто супер.

И вырез тоже хороший такой.

И вот подходит мущщинка давать объявление.

Не помню про што.

И, слово за слово, говорит, што он врач - сексапатолог.

Вау…нет, я тогда «вау»не говорила, наверное, я подумала – нифига себе…

А слово «Секс» для женщины всегда магическое.

Потому што это основное, что её интересует.

И я разрешаю проводить себя домой, хотя мужик мне не нравицца – мелкий такой, и без машины, но идём Чистопрудным бульваром, разговариваем, и очень я его профессией интересуюсь.

А, главное, я знаю, чего хочу, но вот словами это высказать не могу.

Как во сне бежать не получаецца, ноги ватные, едва тащишься.

Так и тут.

 То ли стеснялась назвать вещи своими именами, то  ли слов не могла подобрать, но вижу – не понимает он, о чём речь. Причём не притворяецца, правда, не понимает, патамушта я сама себя не понимаю, и злюсь на себя за это ужасно.

Ну молодая, глупая, хотя щщитаю себя умной и опытной шопиздец.

А сказать я хотела всего-то:

«Мужик! Научи меня искусству любви, штоб ни одной гейше-путане-гетере со мной было не потягацца.»

А вот не могла.

Вякала што-то, крутилась на одном месте, до дома дошли – так ничего и сказала.

Но пригласила его в гости.

На другой день. Вечером.

Он пришёл с другом. Таким же плюгавым сексапатологом.

Сами понимаете, мы с падрушкой, вино-свечи-музыка-медлннные танцы, сексапатологи нам в пупок дышат и млеют.

Говорю – же мелкие пацаны такие. Не помню, как звать.

И, ясен перец, очень им хочецца нас трахнуть, а нам – постичь тайны любви и сЭгса.

И тут один проговорился, што они мединститут заканчивают.

И к секасу ну никакого отношения не имеют, хотя любят это дело, наверное, но не специалисты, кароче.

Мы тааак разочаровались…

А тут и мужья наши с Танькой пришли.

Сильно удивились нашей идиллии, музыку выключили и немножко этим сексапатологам по репе настучали.

А с нами весь вечер не разговаривали.

Но мы, хоть и безграмотные в сексе, практически, сумели растопить их сердца.

И с тех пор не обращались ни к каким гуру от секса.

Жизнь – она лучший учитель, чесслово.