Дело прошлое...

Но когда  в пятилетнем возрасте, не найдя на привычном месте ночного горшка,  Лёша написал в старинную вазу, мама ахнула:

- Да ты просто варвар! Это же Китай, 17 век!

И когда он спросил:

- А что такое «варвар?» ,

 мама в сердцах сказала:

- Это человек, который всё рушит! Не бережёт вещи!

Тогда он через пару дней грохнул эту вазу об угол стола, и мама убеждённо (или обречённо?) вновь повторила:

- Варвар!

Всё мы родом из детства.

Кто знает, будь мамина реакция иной,  может быть, судьба маленького Лёши сложилась бы иначе.

Но слово было сказано, и стоит ли винить мальчика за то, что он рвал книги, рисовал на новых обоях и ломал игрушки?

И прозвище «Варвар» закрепилось за ним, и он даже не собирался ничего менять.

Ах, варвар? Ну получите…

Он рос, менялись интересы и пристрастия, но во всём, касалось ли это любви, учёбы или работы он был варваром.

Так сложился ник-нейм, который он оставил за собой в блоге.

 Ему очень импонировал падонкаффский слэнг, он соответствовал избранному имиджу.

Разрушить всё! - это было круто.

Он любил оружие, это придавало значимости и уверенности.

Кто-то обходил его стороной – чтоб не связываться.

Кто-то просто боялся.

Он был талантлив – этого не замечали: ведь он не мог созидать, он только рушил!

Он был добр – в это не верили.

Ах, как трудно, как тесно было порой  в рамках созданного имиджа!

А кто виноват?

 Мама!

Да фиг бы с ней, с этой вазой.

Посмеялась бы, погладила по голове, сказала:

- Ну ты и находчивый! Не растерялся, молодец! И какой вкус! Вазу выбрал, Китай, 17 век! Ты коллекционером, может, станешь, а?

И Лёша спросил бы, возможно:

-А что такое «коллекционер»?

И мама бы объяснила.

И всё было бы иначе в жизни.

Но это – сослагательное наклонение.

Если бы да кабы…

…Варвар погладил кошку, пока никто не видел, и поехал на Измайловский вернисаж, выбирать себе очередной нож.

Он был определённо крут.