Я пишу тебе из стран, о которых ты никогда не узнаешь из выпусков новостей. Океан между нами такие сковали льды, что, пожалуй, и вовсе не стоило строить стен. Ни зацепки для памяти – зеркало, тишь да гладь, засмотревшись, оступишься – холодом обожжёт… Нынче время такое – не помнить и не желать, не тревожить полночными песнями верных жен. Здесь другие порядки, причудлив чужой язык, в его говоре тонешь, и сладко идти на дно, так из мира домой возвращается блудный сын, так целующий женщину полон её вином. Рассказать не сумею – нельзя передать того, что дарует свободу не ждать от других беды. Здесь равны и земля, и движение тёмных вод, здесь равны до конца времён и огонь, и дым. Только в этом краю отныне ищи меня, не сверни с дороги на перепутье лет. Ибо даже дыма не было без огня, а вода всегда стремилась к своей земле. Только в этом краю, сумев объяснить себе, для чего этот путь, ведущий из года в год, мы с тобой достучимся однажды до тех небес, у которых ни горизонта, ни берегов.

Я пишу тебе письма из стран, о которых ты никогда не узнаешь из выпусков новостей.
Я сижу на песке, над миром восходит дым.
Когда вспыхнет солнце, останется только текст.

(с)