Принцесса красилась слишком броско,
хоть было ей и немного лет.
Носила мини, и шарф в полоску,
и кумачовый смешной берет.

Она строчила стихи на "блицы",
любила жизнь, рок-н-ролл и секс -
и столько гонора и амбиций...
Ну, как у всех молодых принцесс.

Он... ей при встрече тихонько: "Здравствуй..."
И хрипом плавился баритон -
ведь волк в безумное это счастье
ну, по уши самые был влюблён.

А вы подумали - злой и серый,
и лесом - вдоль или поперёк...
Нет. Волк был яркий и современный,
такой продвинутый, умный волк.

В оригинале читал Шекспира,
любил Шопена, а иногда
царапалась в сердце когтисто лира -
и сочинялись стихи тогда.

Ах, эти губы её и плечи,
ах, эти встречи - бегом и вскользь...
А после тёк одинокий вечер
ванильной грустью её волос...

И волк готов был в любви признаться
принцессе, стыло кольцо в руке -
ушла... Исчезла... И это "здравствуй"
неделю вязло на языке.

Но кто-то с радостью или грустью
потом сказал: "Ну её... Не жалей!
Принцесса в Париж укатила просто -
с тем, кто побогаче и понаглей".

Хотелось клыками дырявить стены,
выть на луну... Да вот будет толк?
Какой же всё-таки он современный,
какой продвинутый, умный волк...

Всю ночь с печальным своим оскалом
хлебал коньяк, - а в окне рассвет
плыл нежный, бархатный, густо-алый...
Он был похож на её берет...

(с)