Так о чём рассказать тебе, друг мой, в последнем письме?
Об упрямых ветрах, что дерут беззащитные кровли.
Что невнятны метафоры, почерк сбоит и неровен.
Что на мокром асфальте плывёт неуверенный мел.
Что поют бурлаки, и в городе, кажется, праздник.
Что палач с топором угрожает потерей лица.
Что все книги по Брайлю – на ощупь сплошная маца.
Что нытьё и хандра сильных женщин, признаться, не красят.
Что слепая зима меня расстреляет в упор.
Что безвременье ставит повсюду силки и капканы.
Что киношка моя не пойдёт ни Берлине, ни в Каннах.
Что цитировать хочется Вэйтса и Эдгара По.
Что такую меня прошу по прочтении – сжечь,
огоньком через лупу, в невнятном сентябрьском солнце.
Что нежность моя превращается в горечь и желчь.
И уже никогда. Ни к кому. Низачем. Не вернётся.

(с)