С моим отцом мамко развелась, когда я учился во втором классе. Психологи акапельно поют о том, что развод родителей является тяжкой душевной травмой для ребенка, но я тогда этого развода вроде даже и не заметил. Вот вроде был папа, потом стал реже бывать, а потом как-то совсем сошел на нет, а вместо него стал заходить некий "дядя Миша", который после душа сидел у нас на кухне в махровом халате, дарил мне сувенирки (Нива-Скиф за 13 рублей - это вам не хуйня какая, а целый клад) и играл со мной в морской бой на бумаге.

Хоть убейте, не помню, любил я тогда отца или нет. Вроде боялся его, потому что он как-то воплотил в реальность свое давнишнее обещание выпороть за тройку. Помню, что он иногда грубо кричал на мамко, но не потому, что хам и тиран, а просто потому, что у него сама манера общения такая. А еще мы с ним частенько виделись, когда я приезжал в гости к бабушке-дедушке, у которых он тогда после развода временно поселился.

Потом он повторно женился на моложавой "тете Тане", которая не любила кошек и обладала неприятно-манерной интонацией своих речей. Раз в месяц я, предварительно созвонившись, заходил к ним "в гости". Отец, прячась от своей новой жены, тихонько встречал меня на лестничной площадке и давал сто (тысяч) рублей. Как потом сказала мамко, алиментов он не платил и очень даже дешево от меня откупался, но мне эти деньги были очень кстати.

Когда мне стукнуло восемнадцать, отец и вовсе перестал меня спонсировать. Но я и не расстроился, так как на тот момент уже имел небольшой, но стабильный заработок от переводов. Мы продолжали изредка видеться у "дедов", когда собирались на разные семейные торжества вроде дней рождений или новых годов. Каждый раз отец рассказывал мне байки про его тяжкое материальное положение, будто пытался оправдаться за то, что перестал давать мне деньги. Но я-то видел, что в их квартире делается недешевый ремонт, а старенькая "шестерка" вдруг превратилась в блестящую красную "Рено". Никакой обиды я, опять же, не испытывал - у отца своя семья, деньги он не пропивал, а добросовестно тратил на создание уюта. Чего нельзя было сказать о моем отчиме.

А потом с разницей в пять дней умерли бабушка и дед. Порвалась последняя ниточка, связывающая нас с отцом. Нам больше негде стало "ненароком" встречаться, а целенаправленное общение раньше не получалось - общих тем для разговора почти не было, а в воздухе продолжало висеть какое-то напряжение. Но отец сам сделал первый шаг к сближению - пригласил на свой день рождения, потом дал ключи, чтобы я смог перекантоваться зиму, пока идет ремонт на моей даче.

А сегодня он приехал со своим сыном от второго брака - моим братом Лехой, и мы втроем положили ковролин у меня на первом этаже. Наверное, это нормально, когда отец с сыновьями совместно делают какую-то работу. Но для меня сегодня был особенный день. Спасибо, отец.