РАЗМЫШЛЕНИЯ О МАГИИ, ЕЕ ПРИРОДЕ И СУДЬБЕ

И.Т. КАСАВИН

Часть 2

ПАРАНОРМАЛЬНЫЕ ФЕНОМЕНЫ

Ясновидение, телепатия, духовидение и левитация, билокация, телекинез, полтергейст вкупе с НЛО, или иноземными астронавтами, - феномены, входящие в магический космос с необходимостью. Они описывают либо условия, либо методы и способности мага. Однако и ученые пытаются объяснить паранормаль­ные явления, рассматривая их как виды природной энергии, до сих пор не познанные наукой. Вспомним, что магнит вплоть до возникновения электромагнитной теории тысячелетиями считался «магическим камнем». Почему бы не попробовать понять экстрасенсорное восприятие как проявление особой биоэнергии, свойства которой не укладываются в современные представления о типах взаимодействия?

Однако современной физике известны только четыре типа взаимодействия: гравитационное, ядерное, слабое и электромагнитное. Именно последние лежат в основе химических реакций животного организма. Все другие несопоставимы с доступной человеку энергией. Но опыты показывают, что в момент паранор­мальных реакций субъект не излучает необычного электромагнитного поля. И вместе с тем большой ряд экспериментально зафиксированных фактов (эксперименты X. Патхофаи, Р. Тарга, например) не могут быть объяснены электромагнитной передачей сигналов.

Вместе с тем современная физика (в частности, теория относительности и квантовая механика) нередко избирается базой для объяснения паранормальных психических явлений. Ссылаются на парадокс Эйнштейна — Подольского — Розена. Утверждают, что квантованная информация может мгновенно и вирту­ально передаваться из одной части Вселенной в любую другую. Принцип неоп­ределенности Гейзенберга, далее, якобы свидетельствует, что на субатомном уровне детерминизм разрушается и сознание наблюдателя некоторым образом взаимодействует с наблюдаемой материей: физика сливается воедино с метафизи­кой и магией. В теории относительности гипотетические частицы, называемые тахионами и движущиеся как бы «вспять» во времени, якобы способны служить объяснению предвидений и предчувствий, поскольку пришли к нам в настоящее из будущего. И здесь далеко не очевидно каким образом истолковывать парадоксы современной науки — как ее временное состояние, которое рано или поздно будет редуцировано к известным фундаментальным принципам, или как грядущее появление революционных (и несоизмеримых с прежними) теорий.

То обстоятельство, что некоторые парапсихические феномены можно понять как проявления статического электричества (телекинез), статистического совпаде­ния (предвидение), влияния галлюциногенов (ясновидение) или эффекта плацебо (паранормальное врачевание), по мнению Д О'Кифа, не играет никакой роли. Напротив, важно рассматривать именно те случаи, которые никак не объясняют­ся физикой, биологией или психологией. «То, что нам нужно понять, заключается в том, почему человечество постоянно формирует себя в малые группы, продуцирующие и подтверждающие паранормальный опыт. Быть может, вопрос об элементах объективности, содержащихся в этом опыте, не так важен, как вопрос о функционировании всей системы магии... И мы должны исследовать все паранормальные феномены, а также и тех субъектов, которые посвящают себя их изучению, и выяснять, как их институты, коллективы и секты организо­ваны... Все они представляют собой вечные, традиционные, широко распрост­раненные формы социального опыта, и все они связаны с деятельностью малых групп в рамках института магии». Похоже на то, что именно такой подход наиболее соответствует возможностям философского анализа паранормальных явлений.

МАГИЧЕСКИЕ КУЛЬТЫ И СЕКТЫ

 Существенной чертой магии (хотя она и проявляется не во всех ее институтах) является ее замкнутость в рамках некоторой культовой группы или секты. Исторически это могли быть объединения для защиты от ведьм, для инициации или лечения. В дальнейшем доминирующие мировые религии спровоцировали появление сект, берущих на себя функции идейных альтернатив. Таким сектам свойственно объединяться вокруг человека, обладающего харизмой (М. Вебер). Тем самым все харизматические секты и движения обнаруживают свое родство с магическими сообществами. Всякая новая религия возникает в качестве магии, всякая новая вера появляется как надежда на неведомые силы, способные изме­нить статус-кво. Быть может, это чересчур расширит наше представление о ма­гии, но можно предположить, что всякое новое общественное движение несет в себе элемент магического. Таким было возникновение христианства и Рефор­мация. Таким было возникновение античной и новой науки. Такими были ранние буржуазные революции и утопические коммунистические движения. А разве не верой в чудотворную магию пропитано сознание жителей Чевенгура и почита­телей великих вождей и кормчих? И всякий раз, когда мы недооцениваем стихий­ность и инерцию общественного развития и переоцениваем возможность ради­кальных социальных преобразований, разве не погружаемся мы тем самым в вековечный магический Космос?

СТУПЕНИ ПОСТИЖЕНИЯ: ОТ ОБЪЯСНЕНИЯ К ПРОЖИВАНИЮ

 Какие же основные пути постижения природы магии выявила история науки и вненаучных форм познания? Рискуя упростить до неузнаваемости эти пути, отважусь все же на обобщение.

Первый путь прокладывало в течение всей человеческой истории обыденное сознание, за ним - философия и. наконец, физика, биология и психология Я бы назвал сложившийся таким образом способ объяснения магии космологическим, или натуралистическим. Он строится по стандартной схеме объяснения неизвест­ного через известное и использует логический прием аналогии. Так. магия рассматривается как реализация объективных возможностей, заложенных в природе (психокосмических связей — астрология: психической энергии - - экстрасенсорное восприятие и психокинетические эффекты, дальнодействия и обратного течения времени телепатия, ясновидение, предвидение) и в самом человеке Подобно тому как известные законы природы служат объяснению ряда практических и духовных способностей человека, еще неизвестные, но в принципе познаваемые природные потенции могут лечь в основу объяснения магии (тем более что ряд магических — якобы магических — эффектов объясняется с помощью статисти­ки, электромагнитной теории и нейрофизиологии).

Преимущество космологического подхода к магии в том, что он так же неопровержим, как и сама магия. Природа неисчерпаема, а научное познание бесконечно; разве можно усомниться в грядущей перспективе науки? Естествознанию мы действительно многим обязаны в плане понимания магии: оно все больше и больше сужает возможную область магического мировоззре­ния и практики — магия, становясь понятной, превращается в науку, а большая часть непонятного объявляется суеверием и шарлатанством. Так что перспективы космологического объяснения магии — это, в сущности, ее безжалостное вытеснение из культуры, редукция ее к чему-то другому, «рациональному».

Но неужели наука в принципе отказывает магии в реальности, сводит ее к незнанию, заблуждению? Неужели магия не может быть понята «сама в себе», безотносительно к иным реальностям? С конца XIX в. на этот вопрос пытаются ответить религиоведение, культурология, этнография, социальная психология, лингвистика. Эти науки попытались объяснить магию как функцию некоторых способов социальной организации (отсюда название одного из главных подходов к магии — «функционализма» Б. Малиновского), функцию культуры, функцию языкового символизма. Основным принципом этого способа объяснения явилось рассмотрение магии как реакции на определенные социальные потребности (един­ство племени, организация труда и общения), а также потребности психологичес­кого характера (смягчение стресса, чувства вины, страха, неуверенности). Сущ­ность магии обнаружилась в ее принципиальной приграничное™ с наукой и прак­тикой: там, где практика не достигла уверенной регулярности, а наука не предоставляет убедительного объяснения, всегда находится место для магии. А поскольку природа неисчерпаема, то и наука всегда ограничена, значит, магии суждена вечная жизнь. Данный — социокультурный — способ объяснения магии, будучи структурно подобен космологическому, приводит к прямо противополож­ным выводам, утверждает принципиальную неизбывность магического отноше­ния к миру. Эти два способа объяснения представлены в предлагаемой антологии в первом и втором разделах. Труды известных социальных антропологов текуще­го столетия Б. Малиновского, Э. Эванс-Причарда и А. Элькина являются клас­сическими иллюстрациями социокультурного подхода. Собранные во второй раздел работы крупных специалистов в области психологии и парапсихологии К. Юнга, Ч, Тарта, Г. Прайса и Дж. Кларка типичны (с некоторыми оговор­ками) для космологического подхода. Так, для Ч. Тарта фундаментальным явля­ется понятие психической энергии, для Г. Прайса — идеомоторного действия. Понятие «мистическое переживание», используемое в интересной статье Дж. Кларка, отличается от двух упомянутых тем, что оно отражает не столько некоторый, объективно существующий феномен, сколько избранный автором способ говорить о нем. Иными словами, Дж. Кларк строит не онтологию, а лингвистическую аналитику магии, которая — пусть очень опосредованно — все же предполагает наличие некоторого объективного денотата. Однако есть и принципиально иной путь постижения тайны магии. Его иллюстрацию за пределами собственно магического контекста мы находим в художественной литературе, живописи, музыке, архитектуре. В самом деле, прочитав Апулея или Карлоса Кастанеду, посмотрев гравюры Гойи, картины Сальвадора Дали или бросив взгляд на химеры собора Парижской богоматери, мы скорее и явственнее ощутим магический дух и проникнем в тайну магии едва ли не глубже, чем смогли бы это сделать с помощью самых солидных научных концепций. Мы словно начинаем жить в магическом Космосе, полном таинственных сил и чудесных событий, и окружающие нас вещи наполняются загадочным и пугающим смыс­лом. И здесь мы вспоминаем, что и в наши дни немало людей искренне верит в магию и целенаправленно овладевает ее приемами. Неожиданная перспектива открывается перед нами. Мы можем отбросить привычный нам способ видения мира, использующий понятия науки и обыденного сознания, и попытаться овла­деть языком мистических переживаний, научиться переходить в иные состояния сознания. На такой шаг решиться непросто, тем более что никаких гарантий вы не получите, а порвать с привычным миром — это не то, что одну теорию пред­почесть другой. Третий путь постижения магии — путь жизни в магической культуре, взгляд на нее изнутри, магическое творчество. Этот путь был проделан знаменитыми магами — Алистером Кроули, Карлосом Кастанедой и Майклом Харнером, труды которых помещены в третьем разделе антологии. Если А. Кроули стоял у колыбели «магического возрождения» конца XIX в., то К. Кастанеда и М. Харнер — ныне живущие и активно практикующие и пишу­щие американские шаманы, у которых множество поклонников и последователей. Это люди, обладающие фундаментальными знаниями в области социальной антропологии и религиоведения, психологии и медицины, блестящие стилисты, авторы бестселлеров, обладающие мировой славой. Их опыт поучителен, а пафос их творчества глубоко гуманистичен: они верят в неисчерпаемые силы человека и в благотворную силу его связи с природой.

[1] Касовин И. Т. Шаман и его практика // Природа. 1988. № 11.

[2] Гарэн Э. Проблемы итальянского Возрождения. М., 1986. С. 333.

[3] Уайтхед А. Н. Избранные работы по философии. М., 1990. С. 72.

[4] Рабинович В. Л Алхимия как феномен средневековой культуры. М., 1979. С. 310.