...Черт между тем не на шутку разнежился у Солохи: целовал ее руку с такими ужимками, как заседатель у поповны, брался за сердце, охал и сказал напрямик, что если она не согласится удовлетворить его страсти и, как водится, наградить, то он готов на все: кинется в воду, а душу отправит прямо в пекло. Солоха была не так жестока, притом же черт, как известно, действовал с нею заодно.
Повесть Николая Васильевича Гоголя «Ночь перед Рождеством» (1832 г.), — из сборника «Вечера на хуторе близ Диканьки», — пожалуй, самая рождественская и самая сказочная история, ассоциирующаяся у меня с Рождеством.
За всю свою историю книга издавалась очень много раз. Хочу поделиться с вами иллюстрациями замечательной художницы Ольги Йонайтис, которые, на мой взгляд, придают ей волшебный, неповторимый колорит и шарм.
… Парубки гуртом провозгласили, что лучшей девки и не было ещё никогда, да и не будет никогда на селе. Оксана знала и слышала всё, что про неё говорили, и была капризна, как красавица… Парубки гонялись за нею толпами, но, потерявши терпение, оставляли и обращались к другим, не так избалованным.
… Последний день перед Рождеством прошел. Зимняя, ясная ночь наступила. Глянули звезды. Месяц величаво поднялся на небо посветить добрым людям и всему миру, чтобы всем было весело колядовать и славить Христа. Морозило сильнее, чем с утра; но зато так было тихо, что скрып мороза под сапогом слышался за полверсты. Еще ни одна толпа парубков не показывалась под окнами хат; месяц один только заглядывал в них украдкою, как бы вызывая принаряживавшихся девушек выбежать скорее на скрыпучий снег. Тут через трубу одной хаты клубами повалился дым и пошел тучею по небу, и вместе с дымом поднялась ведьма верхом на метле.
… Спереди совершенно немец: узенькая, беспрестанно вертевшаяся и нюхавшая все, что ни попадалось, мордочка оканчивалась, как и у наших свиней, кругленьким пятачком, ноги были так тонки, что если бы такие имел яресковский голова, то он переломал бы их в первом козачке. Но зато сзади он был настоящий губернский стряпчий в мундире, потому что у него висел хвост, такой острый и длинный, как теперешние мундирные фалды; только разве по козлиной бороде под мордой, по небольшим рожкам, торчавшим на голове, и что весь был не белее трубочиста, можно было догадаться, что он не немец и не губернский стряпчий, а просто чёрт, которому последняя ночь осталась шататься по белому свету и выучивать грехам добрых людей. Завтра же, с первыми колоколами к заутрене, побежит он без оглядки, поджавши хвост, в свою берлогу.
… Пацюк разинул рот, поглядел на вареники и еще сильнее разинул рот. В это время вареник выплеснул из миски, шлепнул в сметану, перевернулся на другую сторону, подскочил вверх и как раз попал ему в рот. Пацюк съел и снова разинул рот, и вареник таким же порядком отправился снова. На себя только принимал он труд жевать и проглатывать.
… Чудно блещет месяц! Трудно рассказать, как хорошо потолкаться в такую ночь между кучею хохочущих и поющих девушек и между парубками, готовыми на все шутки и выдумки, какие может только внушить весело смеющаяся ночь. Под плотным кожухом тепло; от мороза еще живее горят щеки; а на шалости сам лукавый подталкивает сзади…
Ольга Ромуальдовна Ионайтис родилась 1 ноября 1965 года. Окончила Московский полиграфический институт. С 1996 года – член Московского союза художников, секция книжной графики, член Союза художников России. С 1987 года работает в области художественного оформления детской книги. Оформила более 90 книг для детей и взрослых. Сотрудничала с издательствами: «Детская литература», «Малыш», «Олма-Пресс», «Терра», «АСТ», «Белый город», «Стрекоза», «Оникс», «Росмэн», «Лабиринт» и др. Постоянно работает для журнала «Детская Роман-газета».
Помимо книжной иллюстрации делает станковые графические серии для детей и взрослых. Работы Ольги Ионайтис находятся в музеях и частных коллекциях России и зарубежья (Германия, США, Южная Корея и др.). С 2001 года активно занимается пропагандой искусства книжной иллюстрации в России и за рубежом – организует выставки художников книги.