Очередной триумф советской медицины в отдельно взятой районной поликлинике. Поперся с утра на гастроскопию.
Если кто-то вдруг не знает, что это такое, то и не надо. Не дай бог.
До этого приходилось делать ее в других местах, до которых технический прогресс, видимо, все же как-то докатился, потому что шланги там были тоненькие, изящные и даже были покрыты то ли тефлоном, то ли еще чем-то, и скользили, в общем, без особых усилий не причиняя сильных повреждений. Хотя и после них горло всегда пару дней болело и саднило.
А сегодня зашел в кабинет, увидел чудовищные шланги толщиной в руку — и умер.
Такое нельзя пропихнуть в глотку. Просто физически невозможно. То есть какой-нибудь профессиональный факир-шпагоглотатель после многих лет тренировок может быть и смог бы, но нормальному человеку запихать такое можно только под очень общим наркозом.
Воскрес я очень не вовремя, как раз в тот момент, когда эту водопроводную трубу принялись в меня заталкивать. Хотя, умереть нужно было бы именно в этот момент, чтобы ничего не чувствовать.
Мамочки мои! Если бы у нормального среднестатистического пациента в этом момент спросили секретный план подкопа под кенийское посольство в столице Уганды и потребовали бы назвать пароли, явки, имена, и если бы в этот момент среднестатистический пациент мог говорить, а не только вращать слезящимися глазами, он бы такого понарассказал...
И не только про Уганду, а вспомнил бы всю школьную географию вместе с Кенией, Танганикой, Зимбабве, Уругваем и Берегом слоновой кости. Рассказал бы и про секретный подкоп под озеро Чад, и про секретные планы прорытия дыры для спуска магмы сквозь Килиманджаро, Карисимбе и Тхабана-Нтленьяна, и о зловещих планах осушения озера Бангвеулу.
Но у меня никто ничего не спрашивал. В меня с усилием и покряхтыванием запихивали пожарный брандсбойт.
Что я в это время думал, по этическим соображениям лучше не спрашивать. Тем более, что все равно не вспомню. До таких вершин изощренного и виртуозного мата я добирался только во время отходняка после операции, когда казалось, что я весь состою из маленьких кусочков плоти, которые небрежно сшили между собой. Но тогда хотя бы кололи обезболивающее, а тут его и в помине не было. Хотя в карте я потом прочитал, что мне, якобы, впрыснули то ли ледокаин, то ли новокаин. Хрен они там чего впрыскивали. Да даже бы и впрыснули, все это как мертвому слону дробинка.
Словом, мое и без того израненное горло сейчас стерто по всей длине до мяса. Пить, есть, глотать и говорить невозможно. Даже спирта для стерилизации, анастезии, скорейшего заживления и лечения психологического шока выпить не могу. А полстакана чистого спирта с кусочком рафинада сейчас было бы очень к месту.
Что называется, бальзам на раны.
Хорошо еще, догадался перенести эту экзекуцию на после дня рождения, а не до, как должно было быть сначала. А то, как бы я ел салаты, жаркое и торты? И с гостями общался бы только посредством мимики и жестов.
А через три недели опять идти.
Но я не пойду.
Что я, сам себе лиходей, что ли?