Об Арике Круппе впервые услышала во время учебы на втором курсе БПИ (Белорусского политехнического института). Именно тогда выбрала для себя взамен традиционных уроков физкультуры занятия в секции альпинизма. Сходила в горы, побывала в альплагере "Баксан". Потом были Кодар, Тянь - Шань... Вспоминаются песни под гитару у костра, а среди них "Десять звезд", "Леса Белоруссии", "Заморозки", "Беларусь".
...Так сложи рюкзак, ведь это не впервой
Слышать нам разумные слова
О том, что в душных комнатах теплей,
О том, что лес вблизи не голубой.
Но нам дороже ртутных фонарей
Вот эти десять звeзд над головой...
Арик Крупп родился 30 октября 1937 в латвийском городе Даугавпилсе в семье адвоката Якова Самойловича и учительницы Мины Ароновны. Во время войны семья Круппов жила в эвакуации в Алма-Ате, после войны вернулась в Даугавпилс, откуда переехала сначала в Резекне, потом в Лиепаю. В 1955 поступил на механический факультет Ленинградского института киноинженеров. С третьего курса был отчислен за неуспеваемость. С 1958 по август 1961 служил в армии под Киевом. В 1961 восстановился в ЛИКИ, окончил его в декабре 1964, получив квалификацию инженера-механика, по распределению уехал в Минск, работал инженером-оптиком на Минском механическом заводе имени С. И. Вавилова. Имел два свидетельства об изобретениях.
С 1959 начал писать песни на свои стихи. Был лауреатом конкурсов туристской песни I и II Всесоюзных походов молодёжи в Бресте (1965) и в Москве (1966), участвовал в Новосибирском фестивале в Академгородке (1968). Был председателем первого минского КСП «Свіцязь». Увлекался горным туризмом и альпинизмом, участвовал в сложных походах по Саянам, Кольскому полуострову, Приполярному и Полярному Уралу.
25 марта 1971 Арик Крупп и восемь его товарищей погибли под лавиной во время похода в Восточном Саяне на подступах к перевалу Пихтовый (Нижнеудинский район Иркутской области).
Игорь Лученок об Арике Круппе
"Популярности Арика Круппа может позавидовать самый маститый композитор-песенник, поэт и исполнитель. А между тем, ведь песни его очень редко звучали на радио или в концертных залах, ещe реже печатались.
Мои песни неуместны
В городах, в концертных залах,
Потому что мои песни -
Для дорог и для привалов...
Мне, как композитору, проще говорить о музыке Арика, которая меня трогает, которая мне близка и интересна. Как часто меня поражали неожиданные музыкальные решения, которые находил Арик для своих стихов! Помните "Ровесников следы"?
Давно отмыта гарь, развеялись дымы,
И временем земные раны сглажены.
Мы ищем на земле ровесников следы,
Пусть вечные огни горят для каждого..."
Минск, "Неман" №11, 1974
Александр Самохин. Отрывок из книги "Берег надежд. Песни ленинградских авторов 1950-е – 1960-е годы. СПб.: Бояныч, 2002."
"Время Арика Круппа опять наступило — и несущественными оказались и немного старомодные эстетика и атрибутика его песен, и некоторое «совковое» резонерство, ибо не это было в них главным.
Главным был он сам, как оказывался «главным» везде, где появлялся, где его хоть немного узнавали. Ибо не стыдился быть Человеком.
Он думал — и мы рядом с ним задумывались. Он судил себя — и нам приходилось делать то же. Он был беспощаден к себе — и мы понимали, что это не так страшно, зато необходимо.
Мы и раньше любили его песни, но теперь важным оказалось вспомнить, а тем, кто помоложе, — понять, что мужской разговор — это не тогда, когда распальцовка. И лирика — не охи-ахи. И вообще думать не только полезно, но и не стыдно...!"
А всe-таки, всe-таки хочется жить,
Даже когда окончательно ясно,
Что выдуманные тобой миражи
Скоро погаснут, скоро погаснут.
Гаснут, и, значит, к началу пути
Снова ты брошен, а путь давно начат...
Трудно, а всe-таки надо идти.
Хочется жить, невозможно иначе.
Хочется, хочется жить.
А всe-таки, всe-таки хочется петь,
Даже когда в сердце песням нет места.
Только б не сдаться и только б успеть
Спеть свою самую главную песню.
Ставь против горя свою доброту -
Это, наверное, кое-что значит.
Пусть даже песня застрянет во рту,
Хочется петь, даже если ты плачешь.
Хочется, хочется петь.
А всe-таки, всe-таки хочется взять
Мир окружающий в долг под проценты
И, на ладонях держа, осязать
Спящих дыханье и пульс континентов.
Перевал Пихтовый (Саяны, Восточный Саян)
Чтобы потом, раздавая долги,
Сердцем и памятью стал ты богаче.
Тратя себя, ты себя сбереги.
Хочется взять, невозможно иначе.
Хочется, хочется взять.
Хочется, хочется петь.
Хочется, хочется жить...
1969
Только б не сдаться и только б успеть спеть свою самую главную песню!
В дорогу
Мне всe мерещатся дороги,
Они уходят, вдаль маня,
Мне сделать хочется так много,
Узнать, что ждeт в пути меня.
Мне хочется встречаться с ветром,
На "ты" с ним быть, а не на "Вы",
И отдаваться километрам,
И забываться от ходьбы.
А если очень я устану,
Я песню сочиню в пути,
И эту песню петь я стану,
Чтоб легче было всем идти.
А если эта песня будет
Другими петься у костра,
Тогда скажу себе и людям,
Что молодость прошла не зря.
Мне всe мерещатся дороги,
Они уходят, вдаль маня,
Но, чeрт возьми, на то ж и ноги,
Чтоб вдаль вели они меня.
1963
Одна из моих любимых бардовских песен того времени, которую помню наизусть, - песня "Беларусь" Арика Круппа.
Беларусь
Есть у года четыре времени:
Нас сосновый покой в октябре манит,
По зиме лыжи просятся к Северу,
А весною опять курс к Усе беру.
Мы уходим кто летом, кто осенью,
По огромной стране ноги носят нас.
Бездорожьями дальними нам идти,
И везде Белоруссия в памяти.
Припев: В поездах и в машинах,
и просто пешком,
на байдарках, на лыжах
с тяжёлым мешком,
не за школьной окрашенной партой
твою пестро-зелёную карту
изучили давно наизусть,
Беларусь, Беларусь.
Как нужны, Беларусь, твоё небо нам
И песчаные кручи над Неманом,
Стены Бреста, огнём опалённые,
И леса твои вечно-зелёные.
Беларусь поросла обелисками,
Потому звёзды стали нам близкими.
Не небесные звёзды - солдатские,
В пять лучей над могилами братскими.
Припев.
Осень, первый ледок, птицы струсили -
Курс на Африку из Белоруссии.
Мы ж не птицы, погодой ранимые,
В нашей связке друзья и любимые.
В нашей связке друзья и любимые,
И разрезать нет силы самим её,
А разрезать - так до смерти каяться:
Все дороги в кольцо замыкаются.
Припев.
Январь 1971
Короткая песня
Ещe нам не поздно исправить ошибки,
И есть ещe время, чтоб новые сделать.
Не стоит дары принимать за наживку,
И стоит петь песни, пока не отпелось.
Мы можем пока уживаться с вещами,
Считая невзгоды моделью удачи.
И гадкий утeнок - всегда обещанье
И первый намeк на решенье задачи.
1969
Пожалуй, мне не жаль моих ушедших лет.
Они ушли, но не пуста моя ладонь:
Друзья, ошибки, горы, горе, черный хлеб,
Вокзалы и ночных костров огонь...
Я до сих пор пою про десять звезд над головой,
И до сих пор дорога мне как будто бы впервой,
И песни, и любовь - еще как первая любовь,
И новый день - еще открытье смысла старых слов,
И там, где я бывал, еще не стерся след...
Пожалуй, мне не жаль ушедших лет.
1970
Фотографии, стихи и песни поэта - из открытых источников Интернета