Татьяна Кузовлева

 

 

Прости, что краду у тебя одиночество,

Что взгляд от стола поднимая слепой,

Когда никого уже видеть не хочется,

Ты все-таки видишь меня пред собой.

 

 Прости, что, когда, тяготясь перегрузками,

Бросаешь шутливую реплику в тишь,

Смотрю я глазами внимательно-грустными

И вовсе не слышу, что ты говоришь.

 Прости мне, что все эти дни, эти полночи,

Не веря по-прежнему в силы свои,

Ищу у тебя я и ласки, и помощи,

И даже – увы! – безраздельной любви.

 

 Прости,

Что с лицом непрогляднее омута,

Теснящий плечами дверей косяки,

На цыпочках вдруг ты выходишь из комнаты,

Едва я услышу биенье строки.

 

 Когда мы с тобою прощаемся вечером,

Прости, что с трудом я скрываю в груди

Такое глухое, такое извечное,

Такое надрывное: «Не уходи!»

 

 Прости, что живу я предчувствием выдоха,

Едва лишь глаза наши встретятся вновь.

Прости, что не вижу из этого выхода.

Прости,

Если можно простить за любовь.

Как камешек на дно реки –

Была и нет, прости! –

Упасть, как выпасть из руки

Того, в чьей я горсти.

И снова вынырнуть – жива! –

На вожделенный свет.

И душу вывернуть в слова,

Нежней которых нет.

 

 И знать, что лба не остудить,

Не смыть с него печать.

И есть, за что меня судить,

И есть, за что прощать.