Нагретый воздух над цветами «мрел», качался, и почти из каждой чашечки высовывалось полосатое брюшко шмеля, пчелы или осы. Как белые и лимонные листья, всегда вкось, летали бабочки.

А еще дальше высокой стеной вздымались боярышник и шиповник. Ветки их так переплелись, что казалось, будто огненные цветы шиповника и белые, пахнущие миндалем, цветы боярышника каким-то чудом распустились на одном и том же кусте.

Шиповник стоял, повернувшись большими цветами к солнцу, нарядный, совершенно праздничный, покрытый множеством острых бутонов. Цветение его совпадало с самыми короткими ночами – нашими русскими, немного северными ночами, когда соловьи гремят в росе всю ночь напролет, зеленоватая заря не уходит с горизонта и в самую глухую пору ночи так светло, что на небе хорошо видны горные вершины облаков.

***   

Постскриптум. Чародей. Только так могу обозначить этого писателя. Человек, глубоко и проникновенно чувствующий и понимающий природу. Он прекрасно владел словом, и был способен как никто другой передать пером красоту окружающего мира.

Запах цветущего шиповника преследует меня с детства. Он рос в дедушкином имении, у черного входа в дом. Пять ступеней, на которые всегда хотелось присесть и послушать тишину. А сбоку - несколько кустов шиповника. Среди них особо выделялся куст с белыми нежными цветами.

В прошлое нас возвращает память. Иного пути нет.