Пишу стишки простецкие
Под маской дневника, —
В них мысли мира детские
И старости тоска.
Так жизнь и смерть в таинственном
Присутствии Творца
Рекут в числе единственном
От первого лица.
"Я дружила с Булатом Окуджавой, Марией Сергеевной Петровых, с Арсением Александровичем Тарковским, с Лидией Корнеевной Чуковской. Я знала Корнея Ивановича Чуковского. Сначала он очень хорошо принял мои стихи, но когда я принесла ему свою книжку, которую обезобразили в издательстве, он был разочарован. В издательстве меня заставили вместо тех стихов, что я отдала, принести другие. Редактор мне сказал: "Вы много пишете, вот и приносите свои плохие стихи, а эти не выйдут. Нам не нужны ни вторые Ахматовы, ни вторые Цветаевы". Я ответила: "Вам и первые не нужны". Но была задавлена тем, что мне уже заплатили аванс, а я тогда бедствовала, и мне пришлось выпустить в 1966 году книжечку "Из первых уст". И там были совсем не те стихи, которые до этого я читала Корнею Ивановичу.
Мне он ничего не сказал. Он сказал Марии Сергеевне Петровых. А Мария Сергеевна мне рассказала. Когда я проходила мимо, Корней Иванович заметил: "Вот идет самая красивая женщина Переделкино". Мария Сергеевна ответила: "Она и поэт замечательный". Корней Иванович возмутился: "Ну, как же поэт замечательный, пишет - "у окошка кухОнного стану", когда надо сказать "кУхонного". Ударение неправильное. Но я раскрыла словарь и выяснила, что у этого слова двойное ударение, можно сказать и так, и так. Конечно, просто книга была плохая, и Корней Иванович так выразил к ней свое отношение"..
***
"Так получилось, что лет шесть у меня не было дома, и я жила то у Марии Сергеевны, то в Доме творчества, то куда-то ездила. Мои чемоданы кочевали, а основная часть вещей хранилась у Петровых. Мы очень дружили. Она была старше меня на 20 лет. И все мои друзья - так получилось, наверное, из-за Семена Израилевича - были старше меня. Правда, Булат Окуджава, с которым я тоже дружила, был старше ненамного. Я его очень любила. Еще когда Булат не был записан на магнитной ленте, я пела его песни. Я тогда хорошо пела."
Из интервью с Инной Лиснянской.

Инна Лиснянская и Семён Липкин, 1993 год.
У человека память непроста.
Настолько мы лукавы,
Что делаем пробелами места,
Где были мы неправы.
Так совершаем совести обмен
На выгоду молчанья
И загоняем мысли свои в плен
Расхожего отчаянья.
Инна Лиснянская и Семен Липкин в Переделкино
"Дали дачу в 99-м, в том же году я получила Государственную и Солженицынскую премии. Видимо, учли и наше с Семеном Израилевичем "лауреатство", и то, что нас двое. Здесь, в Переделкине, какая-то особая аура, и наша улица замечательная, где жили и живут поэты и, по счастливому совпадению, друзья. Мне никогда и нигде так радостно не работалось, как здесь... Хотя времена совсем не радостные. Инна Лиснянская".
***
"В писательском поселке Переделкино под Москвой я пришла в старый деревянный дом на улице Довженко побеседовать с поэтом Инной Лиснянской. Липкин и Лиснянская - эта поэтическая пара, не дожидаясь тепла, уже в феврале переехала из Москвы на переделкинскую дачу. Можно сказать, открыли летний сезон. Незамысловатый быт в доме отлажен. У Инны Львовны каждый день слагались стихи. Но весна никак не наступала. Семен Израилевич умер в последний день марта, так ее, по сути, и не дождавшись. Было холодно".
Из интервью с Инной Лиснянской.
Чем, скажи, не жизнь — в памяти копаться,
Не в ее золе — в золоте песочка, —
Так вот и до мысли повезет добраться:
Память есть душа, время — оболочка.

Скончалась Инна Львовна Лиснянская в г. Хайфа (Израиль), похоронена в Москве на Переделкинском кладбище, рядом с мужем, поэтом и переводчиком Семёном Израилевичем Липкиным. Так она завещала. Две половинки одного целого. Он был старше на 15 лет и отправился в инобытие на 11 лет раньше жены.

Ты всегда говорил мне: — Молись и верь! —
И талдычил как на беду:
— Все, что надо мне, чувствую, будто зверь, —
И нашла я тебя в саду.
Ты бесшумно ушел, как уходит лев,
Не желая почить в норе.
И нашла я тебя между двух дерев,
Я нашла на снежном дворе.
То ли первый снег, то ль последний снег…
Смерть не знает про календарь.
Ты пришел на землю как человек
И ушел как праведный царь.
