• Авторизация


Поэт и Художник 11-12-2014 07:29 к комментариям - к полной версии - понравилось!


Была ему звездная книга ясна,
И с ним говорила морская волна.
Е. А. Баратынский


[400x557]
А.В. Тыранов. «Портрет И. Айвазовского».1841.

Из череды великих мастеров кисти явился мастер, который всецело посвятил свое дарование "свободной стихии", как окрестил море Пушкин, и стал ее преданным певцом. Этим мастером был Иван Константинович Айвазовский [Ованнес Айвазян (Гайвазян)], даты жизни которого очерчены 1817 – 1900 годами. Наиболее выдающийся художник-маринист XIX века, баталист, коллекционер, меценат. Брат армянского историка и архиепископа Армянской Апостольской церкви Габриэла Айвазовского.

[249x14]

А.С. Пушкин
«К морю»

Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.

Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.

Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!

Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас,
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!

Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,-
И стая тонет кораблей.

Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
Мой поэтической побег.

Ты ждал, ты звал... я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я.

О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.

Одна скала, гробница славы...
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.

Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.

Исчез, оплаканный свободой,
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.

Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.

Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.

Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.

В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.

1824

[249x14]

Однажды Айвазовский лично встретился с поэтом. Событие это произошло в 1836 году, в Санкт-Петербурге на Академической выставке. Художник впоследствии так описывал эту встречу: «В сентябре Пушкин приехал в Академию Художеств с женою Натальей Николаевной на нашу сентябрьскую выставку картин. Узнав, что Пушкин на выставке и прошел в Античную галерею, мы, ученики, побежали туда и толпой окружили любимого поэта. Он под руку с женою стоял перед картиной художника Лебедева, даровитого пейзажиста, и долго рассматривал и восхищался ею. Инспектор Академии, Кругов, который его сопровождал, искал всюду Лебедева, чтобы представить Пушкину, но Лебедева не оказалось нигде. Тогда, увидев меня, он взял меня за руку и представил Пушкину, как получившего тогда золотую медаль (я оканчивал в тот год Академию).
Пушкин ласково спросил меня, где мои картины. Я показал их. Как теперь помнится, то были «Облака с Ораниенбаумского берега» и другая – «Группа чухонцев». Узнав, что я – крымский уроженец, Пушкин спросил: «А из какого же города?» Затем он заинтересовался, давно ли я здесь и не болею ли на севере… Помню, в чем была красавица жена. На ней было изящное белое платье, бархатный черный корсаж с переплетенными черными тесемками, а на голове большая палевая соломенная шляпа. На руках у нее были большие белые перчатки. Мы, все ученики, проводили дорогих гостей до подъезда».
И. К. Айвазовский. – Одесские Новости, 1899, № 4637.

Всю последующую жизнь Айвазовский преклонялся перед талантом величайшего русского поэта: "С тех пор и без того любимый мною поэт сделался предметом моих дум, вдохновения и длинных бесед и рассказов о нем". Художник в течение жизни посвятил Пушкину целый цикл картин. В них он соединил поэзию моря с образом поэта.

[700x1001]

И.К. Айвазовский, И.Е. Репин. "Прощание Пушкина с морем". 1877.
Всероссийский музей А.С.Пушкина. Санкт-Петербург

Айвазовский знал свою слабость в портрете, поэтому пригласил Репина написать фигуру Пушкина. Позднее Репин так отозвался о совместной работе: "Дивное море написал Айвазовский. И я удостоился намалевать там фигурку".

[700x886]

И.К. Айвазовский. «А.С. Пушкин в Крыму у Гурзуфских скал». 1880. Одесский художественный музей. Украина.

[700x443]

И.К. Айвазовский. "Пушкин на берегу Черного моря". 1887.
Николаевский художественный музей им. В.В.Верещагина. Николаев

[700x929]

И.К. Айвазовский. «А.С. Пушкин на берегу Черного моря». (Прощай, свободная стихия...). 1897. Одесский художественный музей. Одесса

[700x445]

И.К. Айвазовский. «А.С. Пушкин на вершине Ай-Петри при восходе солнца». 1899.

[700x481]

И.К. Айвазовский. «А.С. Пушкин и Раевская в Гурзуфе (год написания не известен). Самарский художественный музей.

[249x14]

Э.Г. Багрицкий
Одесса («Клыкастый месяц вылез на востоке…»)

Клыкастый месяц вылез на востоке,
Над соснами и костяками скал…
Здесь он стоял…
Здесь рвался плащ широкий,
Здесь Байрона он нараспев читал…
Здесь в дымном
Голубином оперенье
И ночь и море
Стлались перед ним…
Как летний дождь,
Приходит вдохновенье,
Пройдет над морем
И уйдет, как дым…
Как летний дождь,
Приходит вдохновенье,
Осыплет сердце
И в глазах сверкнет…
Волна и ночь в торжественном движенье
Слагают ямб…
И этот ямб поет…
И с той поры,
Кто бродит берегами
Средь низких лодок
И пустых песков, —
Тот слышит кровью, сердцем и глазами
Раскат и россыпь пушкинских стихов.
И в каждую скалу
Проникло слово,
И плещет слово
Меж плотин и дамб,
Волна отхлынет
И нахлынет снова, —
И в этом беге закипает ямб…
И мне, мечтателю,
Доныне любы:
Тяжелых волн рифмованный поход,
И негритянские сухие губы,
И скулы, выдвинутые вперед…
Тебя среди воинственного гула
Я проносил
В тревоге и боях.
«Твоя, твоя!» — мне пела Мариула
Перед костром
В покинутых шатрах…
Я снова жду:

Заговорит трубою
Моя страна,
Лежащая в степях;
И часовой, одетый в голубое.
Укроется в днестровских камышах…
Становища раскинуты заране,
В дубовых рощах
Голоса ясней,
Отверженные,
Нищие,
Цыгане —
Мы подымаем на поход коней…
О, этот зной!
Как изнывает тело, —
Над Бессарабией звенит жара…
Поэт походного политотдела,
Ты с нами отдыхаешь у костра…
Довольно бреда…
Только волны тают,
Москва шумит,
Походов нет как нет…
Но я благоговейно подымаю
Уроненный тобою пистолет…

1923, 1929

вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Поэт и Художник | ГалаМаг - | Лента друзей ГалаМаг / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»