С первого взгляда в овцебыках видится что-то глубоко архаичное. Их плотные, кряжистые фигуры, покрытые свисающей до самой земли густой шерстью, массивные головы, украшенные странными изогнутыми рогами, были бы более уместны в пейзажах ледникового периода, нежели современных. И хотя полагаться на такое впечатление нельзя, в данном случае оно совершенно уместно. Овцебык, или, как его еще называют, мускусный бык, родом именно оттуда — из сухой и холодной мамонтовой степи.
Латинское имя животного Ovibos и его точная русская калька «овцебык» — дань впечатлению старых зоологов, приписавших ему промежуточное положение между быками и баранами. На самом деле с быками его сближают, пожалуй, только солидные размеры. По анатомическим и биохимическим признакам это скорее баран, хотя и заметно отличающийся от своих ныне живущих родственников. Некоторые из отличий видны даже неспециалисту. И прежде всего — посадка головы. У большинства баранов шея направлена вверх, высоко вознося голову над линией спины. И только у овцебыка короткая шея направлена вперед и даже немного книзу, в результате чего голова оказывается ниже холки (как и у многих видов быков).
Другое отличие — шуба. У большинства диких баранов шерсть короткая и прямая (хотя именно один из них — горный баран — считается предком всех пород домашних овец, включая каракулевых и мериносов). У самцов некоторых видов есть даже грива и так называемый подвес — меховая манишка на груди, но это скорее украшение.
Овцебык же с головы до пят одет в длинную волнистую шерсть, скрывающую и уши, и хвост, и большую часть его недлинных крепких ног. Эта роскошная шуба из восьми типов волос (самые длинные достигают 60—90 сантиметров) является одним из совершенных тепло изоляционных покрытий в животном мире.
Летом овцебыки живут небольшими группами: отдельно самки с телятами (чаще всего по 4—7 голов, то есть 2—3 взрослые «овцекоровы» с потомством), отдельно самцы. Последние могут в это время жить и в одиночку, но чаще тоже образуют небольшие группы. Животные держатся в речных долинах и других местах, где есть растительность, охотно поедая траву и листья карликовых деревьев, особенно ивы. В этом сезоне они нередко заходят в воду, подолгу отдыхают в тени скал, возле уцелевших с зимы островков снежного покрова — для обладателей столь теплой шубы даже прохладное арктическое лето оказывается слишком жарким.
Овцебыки ходят медленно, подолгу стоят на месте, иногда даже кормятся лежа, что вообще является несвойственным крупным копытным. Впрочем, самцы, особенно молодые, ведут себя несколько активнее, разведывая новые земли и сводя знакомство с самками из других семей. В августе, а иногда и в июле, группы укрупняются, кавалеры присоединяются к дамам — начинается пора свадеб. Однако право стать отцом нужно еще завоевать. Мимолетные и беззлобные спарринг-поединки между самцами, продолжавшиеся все лето, постепенно перерастают в настоящие турнирные бои. Оружием в этих боях служат, естественно, рога. У овцебыков ими украшены и самцы, и самки. Рог овцебыка невозможно спутать ни с каким другим: сильно уплощенный у основания, он стелется по верхней части головы вбок, а дальше круто спадает вниз. Где-то уже на уровне нижней челюсти рог снова изгибается, и его острый конец направлен вверх и вперед. Но в схватках между самцами эти острия никак не используются: нагнув головы и основательно разбежавшись, соперники сталкиваются основаниями рогов. Однако бойцы неизменно выходят из таких схваток невредимыми и, насколько можно судить по их поведению, не испытывают особо неприятных ощущений. Вообще, битвы у овцебыков в большей степени ритуальные, ведутся строго по правилам, допускающим единственный прием — удар лоб в лоб, и то без особого ожесточения.
С установлением снежного покрова брачный сезон заканчивается. Овцебыки уходят из долин на водоразделы, где всегда есть участки, с которых ветром сдуло снег, и из-под него можно добыть скудный зимний корм: травяную ветошь, ветки кустарничков, ягель. На этом им предстоит жить до весны, а забеременевшим самкам — еще и вынашивать детенышей. Впрочем, овцебыки на такой диете чувствуют себя прекрасно. Хуже, когда снега выпадает столько, что и до таких кормов не добраться. Глубокий снег — главная угроза в жизни этих животных: многоснежными зимами они во множестве умирают от голода, особенно телята-подростки, не имеющие внутренних резервов. Телята с первых дней жизни готовы к любым морозам. В недельном возрасте они пробуют на вкус траву и ягель, но при этом еще год нуждаются в материнской опеке
Другая зимняя проблема — хищники. В Арктике у овцебыка есть только два врага (не считая человека), способных угрожать ему: волк и белый медведь. Но медведи держатся на побережье, куда овцебыки заходят редко, а летом часто вообще уходят далеко во льды охотиться на тюленей. Волки летом тоже предпочитают дичь подоступнее, благо ее в это время года много. Но зимой крупные копытные становятся для них почти единственным пищевым ресурсом, и тут уж выбирать не приходится. Обычная тактика копытных — бегство — для овцебыка непригодна: он способен на короткий рывок, но из-за быстро наступающего перегрева не может бежать сколько-нибудь долго. Остается активная оборона: для одиночного волка и даже пары взрослый овцебык почти неуязвим. Но он слишком грузен и неповоротлив, чтобы противостоять нападению дружной стаи и, главное, защитить телят. На этот случай у овцебыков есть уникальная тактика коллективной защиты. На зиму небольшие группы объединяются в стада иногда до сотни голов. При любой опасности такое стадо занимает круговую оборону: взрослые собирают телят вместе и встают вокруг них сомкнутым строем, выставив наружу рогатые головы.
Сейчас овцебык — абориген Арктики, хотя прежде он встречался на обширной территории северной половины Евразии (вплоть до Монголии) и Америки. Эти времена принято называть ледниковым периодом, но в Сибири, особенно ее восточной части, больших сплошных ледников не было, а самым распространенным ландшафтом была так называемая тундростепь. С тундрой она, впрочем, имела мало общего: это была очень сухая (поскольку вся атмосферная влага оседала на ледниках) и очень холодная степь, где основную растительность составляли не лишайники или мхи, как в тундре, а злаки. Несмотря на экстремальный климат, травы за лето тогда вырастало достаточно много, а малоснежные зимы обеспечивали доступность этого корма в любой сезон. Такие особенности сделали тундростепь гигантским пастбищем для целой плеяды крупных травоядных во главе с мамонтом. Видимо, там и сформировались облик и образ жизни овцебыка, идеально приспособленные к жизни в тундростепи.
Однако 10 000—12 000 лет назад ледники распались и тундростепь начала исчезать, сменяемая тундрой и тайгой. Пути ее обитателей разошлись: сайгаки и дикие лошади ушли в настоящую степь, северный олень научился жить в тундре, мамонт и шерстистый носорог вымерли. Овцебык оказался самым стойким и верным обитателем тундростепи: он жил только в ней и отступал вместе с ней, цепляясь за островки родного ландшафта. В Евразии он дольше всего держался в горах Таймыра, но и оттуда исчез около 3000 лет назад. Есть предположение, что на это повлияла и охота древнего человека, однако никакими фактическими данными это не подтверждено.
Зато точно известно, что именно человек чуть было не стал причиной исчезновения овцебыка в его последних убежищах — в Гренландии и на крайнем севере Америки. Конечно, это был уже совсем другой человек — «цивилизованный» охотник с нарезным оружием.
В борьбе с этим хищником ставка на круговую оборону оказалась самоубийственной: пользуясь тем, что овцебыки держат строй буквально до последнего, не пугаясь ни грохота выстрелов, ни падающих замертво собратьев, охотники — промысловики или спортсмены — беспрепятственно расстреливали в упор целые стада. В 1863 году был убит последний овцебык Аляски, быстро сокращалась канадская популяция. Но в начале ХХ века овцебыки были взяты под охрану, а еще через два-три десятилетия начались попытки возвращения их в прежние владения.
В 1929 году овцебыки были завезены на Шпицберген, в 1936-м — на остров Нанивак у берегов Аляски, в 1969-м — на саму Аляску. В 1974 году эти животные появляются и в России — на Таймыре и острове Врангеля, где сохранились реликтовые участки тундростепи. В 1996-м еще одна группа овцебыков выпущена в Якутии, а годом позже — на Ямале.
Сегодня общая численность вольных овцебыков в мире оценивается в десятки тысяч. В Гренландии овцебык стал объектом трофейной охоты. В то же время попытки аклиматизации его в Исландии и Швеции не удались; угасла и шпицбергенская популяция, хотя в этих краях на овцебыков никто не охотился.
Видимо, все-таки главным фактором, определяющим судьбу этого вида, был и остается климат. Так что вздыхать с облегчением рано: спасенный и восстановленный вид имеет немало шансов стать жертвой глобального потепления, проявляющегося в Арктике в виде более мягких и коротких, но многоснежных зим.
Материал опубликован в журнале «Вокруг света» № 1, январь 2009
Автор текста:Борис Жуков