Пришел, отпил давно остывший кофе.
Холодный, крепкий. Он такой любил.
Поморщил идеально ровный профиль
И выдохнул со всех, казалось, сил.
Он разговор повел о чем-то странном,
Впервые закурил при мне тогда.
До этого из прошлого — ни грамма,
Ни слова, ни полслова, ни черта...
Сегодня он подрался за дворнягу.
Облезлую... Какой-то пнул ногой,
Как высохшую старую корягу...
А та и так была едва живой.
Я знала про привязанность к животным,
Которые всегда смотрели вслед.
Он запросто весь день ходил голодным,
Отдав дворнягам завтрак и обед.
— Она меня оставила. Так вышло...
Не вовремя родился — в Рождество.
И я щенком, который еле дышит,
Валялся на горе из нечистот.
И если б не бродячая собака,
Которая уткнула мокрый нос,
Отрыв из-под пакетов в грязном баке,
Я в минус двадцать быстро бы замерз.
С тех самых пор ругательное "сука"
Я применяю к этой, что тогда
Смогла меня с похмелья убаюкать,
И выбросить, без боли, без стыда.
Я жизнью псам обязан, понимаешь?
Такой вот риторический вопрос.
А ведь живешь и часто забываешь,
Что жизнь порой спасает мокрый нос.
http://taruzina.blogspot.ru/2015/02/blog-post_253.html
