Оружие шло под видом театрального реквизита. По её воспоминаниям сценарист Михаил Мелкумов написал историю о французском виконте, открывшем в дореволюционной Одессе кабаре, которое финансировалось большевиками и использовалось ими как прикрытие для подготовки государственного переворота… 

 

 Источник: www.domkino.tv

 

Режиссёра Георгия Юнгвальд-Хилькевича и сценариста Мелкумова вызвали в ЦК и потребовали вырезать из сценария упоминания об оружии. Напрасно режиссёр показывал выдержки из дневников, ему ответили категорично: «Что могла написать эта старая дура!» — и сказали, что большевики должны готовить идеологическую революцию и везти из-за границы книги и листовки. Источник: www.domkino.tv

 

За музыкальную часть в фильме отвечал конферансье и куплетист Жорж Бенгальский. Эта роль писалась сразу под Владимира Высоцкого, но его кандидатуру в Госкино не утвердили. Тогда режиссёр начал формальные пробы — все актёры знали, что Юнгвальд-Хилькевич старается добиться разрешения Высоцкого, и специально играли плохо. Режиссёр принёс в Госкино пробы Юрия Каморного, Вячеслава Шалевича и Романа Громадского, которые откровенно валяли дурака перед камерой, и сказал, что лучше откажется от работы, чем утвердит кого-то из них. В Госкино пошли на попятную и разрешили взять Высоцкого. Правда за это потребовали, чтобы в фильме вместо Маргариты Тереховой роль Софи исполнила Лионелла Пырьева.

 

 Источник: www.domkino.tv

 

 Источник: www.domkino.tv

 

Специально для фильма Владимир Высоцкий написал «Куплеты Бенгальского» и «Романс при свечах», а также исполнил задорную «Розу-гимназистку» на стихи Александра Репникова. Звучала в фильме и популярная песня «Моя цыганская», но была вырезана по распоряжению худсовета. А вот цыгане в фильме были — супруги Рада и Николай Волшаниновы из театра «Ромэн» сыграли Раду и Николая Грановских. Все танцевальные номера исполнил Ансамбль хореографических миниатюр.

 

 Источник: www.domkino.tv

 

Секретарь Одесского обкома партии издал указ, запрещающий селить Владимира Высоцкого в гостиницы, поэтому актёр и приехавшая к нему Марина Влади жили у режиссёра. На съёмочной площадке смеялись, что Георгий Юнгвальд-Хилькевич любит Высоцкого даже больше, чем свою жену. Авторитет актёра и певца был непререкаем. Если ему что-то не нравилось, то все сразу переделывалось. Так, например, Высоцкому не понравилась съёмка сцены отдельными эпизодами: «Что мы снимаем какую-то мельтешню?», и режиссёр тут же начал снимать сцену длинным планом.